Роман Глушков - Побег

— Айда за мной! Сюда! — прокричал наконец Обрубок нервозно пританцовывающим компаньонам. И, приподняв решетку, первым вполз на четвереньках в трубу. Не забыв, разумеется, подобрать артефакт, который мог понадобиться ему уже буквально через минуту-другую.

Рамос и Багнер, суетливо толкаясь, запрыгнули в кожух, после чего все же смогли договориться, кому из них лезть вторым, а кому — последним. Скарабей пропустил чилийца вперед, как делал это прежде, поскольку не желал поворачиваться к нему спиной одновременно с Обрубком. Доверие доверием, однако не стоило забывать, кем еще вчера был для них Эйтор. И что могло прийти ему на ум в Поднебесье, когда он доберется до своих бывших — и бывших ли на самом деле? — товарищей.

Решетка лязгнула, опустившись за третьим вползшим в трубу злоумышленником. Не окажись там этого проклятого железного ящика, хозяева могли бы и не заметить, что в цитадель кто-то пробрался. Увы, но проломленная крышка вентиляционного кожуха не оставляла ни малейшей надежды, что это вторжение останется в секрете. На что вообще рассчитывал Кальтер, отважившись на столь самоубийственную авантюру? Да он хоть знает, куда ползет, или ему на это начхать? Похоже, что начхать, раз он не спросил у напарников, знают ли они, что находится в этой части крепости. Даже если он сам это знает, почему хотя бы не уточнил, так оно на самом деле или нет?

Как выяснилось, Обрубок и не намеревался вторгаться далеко, хотя ширина канала позволяла ползти по нему на четвереньках без особых усилий. Куприянов мог бы этим воспользоваться, но он опять поступил наперекор очевидной логике. Нащупав что-то прямо под собой, он велел всем остановиться, а потом приказал отползти назад метров на пять. После чего призвал к тишине и полминуты прислушивался к тому, что творится в помещении, по которому был проложен этот канал. Харви и Эйтор тоже навострили уши и к некоторому своему облегчению не расслышали ничего подозрительного. Кальтер вроде бы тоже, потому что прекратил отмалчиваться и без промедления перешел к дальнейшим действиям.

— А теперь развернитесь ногами вперед и приготовьтесь спрыгивать! — проинструктировал он компаньонов. — Прямо под нами опора, поддерживающая трубу. Я нащупал болты, которыми труба к ней прикручена, и стык, куда мне надо бить. Очень надеюсь, что когда я уроню пакаль, то обвалится лишь следующий пролет, а не наш, подпертый снизу. Хотя вам лучше не уповать на везение, а приготовиться к жесткой посадке.

— Что значит — «вам»? — переспросил Скарабей. — А ты, что же, не с нами?

— Прыгнул бы с вами, да только к чему мне это трюкачество, если я могу обойтись без него? — ответил Кальтер. И, направив протез вверх, выстрелил якорем-кошкой в стенку трубы. Тот пробил жесть навылет и, выпустив когти, закрепился в отверстии. После чего хитрый инвалид оказался прикреплен тросом к трубе и мог теперь спуститься на пол по скалолазной лебедке.

— Вот черт! — выругался Багнер. И, усевшись, развернулся так, чтобы при разрыве трубы выкатиться из нее на спине вперед ногами, а не головой. Рамос, не мешкая, последовал его примеру. — Так и знал, что нам двоим все шишки и синяки достанутся! Тебе хоть известно, с какой высоты нам придется падать?

— Метров с четырех, максимум с пяти, — прикинул Обрубок. — Если я не ошибся в расчетах, сейчас мы с вами на топливном складе, где довольно высокий потолок. Труба наверняка проходит аккурат под ним.

— Почему вы думаете, сеньор, что под нами — топливный склад? — поинтересовался Эйтор. — Я там, правда, никогда не был, но мне кажется, он находится не здесь, а где-то по соседству.

— Я уверен в этом процентов на восемьдесят, — признался Куприянов. — Во время прогулок я заглядывал в ворота ангара, когда те были открыты, и иногда видел, как заправляют вертолет. Трубы, по которым качалось топливо, выходили из той стены ангара, за которой, по моим прикидкам, должно располагаться это помещение. И трубы эти шли под вентиляционной трубой, по которой мы сейчас ползем. И которая тоже проходит через ангар. Я могу ошибаться лишь в том случае, если дальше этот канал резко поворачивает направо или налево. Но интуиция подсказывает мне, что это не так.

— Есть только один способ проверить, какой из тебя планировщик — шмякнуться с верхотуры на топливный резервуар и отбить себе задницу! — проворчал Скарабей. — И это, мать твою, еще в лучшем случае!

— В нашем с вами джентльменском соглашении нет пункта, обязывающего меня заботиться о чьей-либо заднице кроме собственной, — напомнил Куприянов. — Но если тебя это утешит, скажу: мне будет чертовски жаль, если кто-то из вас сойдет с дистанции раньше срока. Поэтому вы уж постарайтесь упасть так, чтобы не огорчить ни себя, ни меня… Итак, все готовы?