Борис Царегородцев - Комфлота Бахирев

В группу прикрытия, что располагалась в сорока милях юго-западнее Ризе, входили линкор «Императрица Мария», на котором я поднял свой флаг, крейсер «Кагул» и четыре эсминца. Непосредственно охрану конвоя осуществляли крейсеры «Прут» (бывший турецкий «Меджидие») и «Алмаз» – в этот раз он был без своей авиационной группы и осуществлял функции штабного корабля, гидрокрейсеры «Николай I» и «Александр I» и эсминцы противолодочной дивизии. Вторая оперативная группа под командованием вице-адмирал Новицкого находилась в полной боевой готовности к выходу в море.

Во время высадки первых транспортов с войсками в Ризе со стороны моря их прикрывали корабли Батумского отряда. Были развернуты дозоры из миноносцев и тральщиков, а также поставлены противолодочные сети. Усиленные меры предосторожности пришлось принять потому, что наши дозорные корабли несколько дней назад заметили около Зонгулдака перископ чужой подлодки, это значит, что в Черное море вышли германские субмарины. И сколько их – одна, две или три, – мы не знаем. А тут еще за сутки до подхода конвоя к Ризе эсминец «Строгий» обнаружил германскую подводную лодку и атаковал ее. Таранным ударом эсминец смял лодке перископ и сбросил глубинные бомбы. На месте взрыва стали интенсивно выделяться воздушные пузыри и чуть позже появилось масляное пятно и разный мусор. По обрывкам бумаг, что всплыли на месте гибели подлодки, впоследствии выяснилось, что это была UB-7, командовал ею обер-лейтенант Люттиганн. Так была одержана первая победа противолодочной дивизией контр-адмирала Саблина. За первые три дня проведения операции, благодаря грамотным действиям дивизии Саблина, потерь ни транспортных, ни военных кораблей не было. 4 апреля вторая бригада пластунов была благополучно высажена в Ризе и сразу двинулась к линии фронта. На подходе были еще суда с войсками, которые предлагалось высадить ближе к фронту. 6 апреля в 2:35 на «Императрице Марии» был получен шифрованный сигнал, он извещал, что один из германских боевых кораблей вышел из Босфора и направился на север в сторону Варны. Это был «Бреслау».

5 апреля после полудня недалеко от входа в Босфор разыгралась «трагедия». С утра в дозоре здесь находилась подводная лодка «Нарвал», которая наблюдала за выходом из пролива. А с береговых высот за ней, в свою очередь, наблюдали турки. Эти подводные лодки были здесь частые гости, но что-то сделать с русскими, которые так все время нахально торчат перед проливом, турки не могли. Как только береговая батарея открывала огонь по наглецам, русские отходили подальше в море или погружались под воду. Да и надводные корабли – от миноносцев и выше – мало чем помогают, ну а если что мельче, так русские могут вступить и в артиллерийскую дуэль, имея на вооружении два орудия калибра 75 мм. В этот раз с русской подлодкой происходило что-то непонятное. Она то погружалась, то снова всплывала, начинала движение и останавливалась, а потом за ней потянулся черный шлейф дыма, и лодка закачалась на волнах без хода. Турки обрадовались, что подводная лодка русских осталась без надводного хода, а возможно, она и погрузиться не сможет. Сообщили на ближайшую стоянку дозорных кораблей, что есть большая вероятность захватить этих гяуров вместе с их подводной лодкой или хотя бы уничтожить. Также на турецких и немецких кораблях стали перехватывать интенсивные радиопередачи из ближайших к турецкому побережью районов. Значит, и правда у русских серьезная авария, если они вызывают помощь. С берега турки увидели, что лодка стала медленно удаляться от пролива, похоже, она шла на электромоторах, экономя энергию, чтобы как можно дальше уйти от берега. Береговая батарея открыла огонь, но снаряды не долетали несколько кабельтовых и взрывались позади уходящей лодки. На перехват «Нарвала» турки послали два старых миноносца и древнюю канонерскую лодку, это все, что тут было под рукой. Из Стамбула вышли еще два эсминца, но им предстояло пройти на семь миль больше, чем остальным. Лодка была в пятнадцати милях, когда из пролива показались первые корабли турок. В эфире еще активнее заработал передатчик, призывая на помощь. Через пятнадцать минут из залива вышли еще два турецких эсминца и, увеличив ход до полного, также бросились в погоню.

«Ну все, теперь гяуры заплатят за все, им никуда не уйти от наших кораблей», – размечтались турки, наблюдая за разворачивающимися на море событиями. Но ни с берега, ни тем более с кораблей не заметили, что русская подлодка постепенно увеличивала ход, чтобы первая тройка не так быстро нагоняла ее, и уводила их дальше от берега. И когда корабли отошли уже миль на десять, с высокого берега заметили приближающиеся с востока на полном ходу два русских эсминца, однако на турецких кораблях опасность еще не видели и продолжали погоню за подводной лодкой. Но вот и на турецких кораблях увидели очень опасного противника и повернули назад, хотя до подводной лодки оставалось не более шести миль, а до русских эсминцев – в два раза дальше. Но, не желая испытывать судьбу, турки дружно ломанулись в обратную сторону, два более новых эсминца быстро вырвались вперед и, бросив своих старых собратьев по оружию, ушли в сторону пролива, оставив их на расстрел русских эсминцев, за ними, отставая, спасался бегством еще один миноносец. Эсминцы быстро нагоняли два последних корабля, которые имели между собой большую дистанцию. Но эсминцы уже входили в зону поражения береговой батареи. Русские корабли, а это были «Быстрый» и «Пылкий», разделившись, открыли огонь по турецким кораблям. Это были канонерская лодка «Малатья» и миноносец «Юнус», оба корабля древние. Но и их тоже можно записать для пополнения боевого счета, несмотря на то что практической боевой ценностью они не обладали. После нескольких пристрелочных выстрелов из носового орудия «Пылкий» взял немного влево и открыл огонь на поражение всеми орудиями. И, несмотря на огонь береговых орудий и свое интенсивное маневрирование, добился семи попаданий. Старому корыту этого хватило. Было видно, что канонерка глубоко осела носом в воду и заваливается на правый борт, а экипаж спешно ее покидает. «Быстрый» также добился двух попаданий в свою цель, которая сейчас стояла без хода и парила, но добить мешала пристрелявшаяся береговая батарея. Уже два снаряда взорвались в каких-то двух кабельтовых от борта, так что пришлось поворачивать назад и на отходе еще раз поразить миноносец. Это попадание оказалось роковым.