Борис Царегородцев - Комфлота Бахирев

– К вечеру я все подготовлю, ваше превосходительство.

– Полагаю, никто из нас не думает, что одна подводная лодка способна прервать наши транспортные перевозки, идущие под охраной боевых кораблей, да и три тоже. Я окажусь прав, если предположу, что точно также думает и адмирал Сушон. И ему придется выводить в море свой ударный отряд. Не знаю, по своей инициативе или под давлением турок, но он вынужден будет выйти в море, чтобы быстро проскочить до района Батума или Ризе, нанести там по транспортным судам чувствительный удар и успеть скрыться в проливе, пока мы его не заблокировали.

– А как же наши дозорные корабли у пролива, они сразу заметят выход кораблей. Сушон не пошлет свои корабли в глубь Черного моря, зная, что нам стало известно об их выходе.

– Павел Николаевич, нам надо у пролива разыграть перед турками такое театральное представление, чтобы они поверили, что перед проливом ни одного нашего корабля в течение суток не будет. И на ближайшее время выход из пролива останется без нашего присмотра. Это значит, что их выход, если они все же решатся на прорыв, остался нами не замеченным.

– Я понял, ваше превосходительство, что вы имеете в виду, говоря о представлении, к завтрашнему дню подготовлю такой план.

– Раз все поняли, то завтра утром жду у себя. Дмитрий Николаевич, у меня к вам еще одна просьба, нужно составить полный отчет о наличии транспортных судов в составе флота. Нам нужно знать, сколько их, какие это суда. Их тактико-технические данные. С этим вопросом также обратись к командующему транспортными силами флота контр-адмиралу Хоменко. Он должен больше знать о своем хозяйстве. А также постарайся выяснить, сколько и каких судов находится в частных руках и можно ли какие-то из них использовать для нужд флота.

К 30 марта все детали предстоящей десантной операции были проработаны и утверждены. Саму операцию по захвату турецкого Трапезунда назначили на 6 апреля. Началась переброска войск. Когда через два дня Вердеревский представил мне составленный совместно с контр-адмиралом Хоменко отчет о количестве транспортных судов, находящихся в составе транспортной флотилии, разбитой на несколько отрядов, – оказалось более сотни транспортов. Они все вместе могли одновременно принять три дивизии с полным вооружением и припасами. Хотя специализированных судов для высадки десанта прямо на берег у нас не было ни одного, но в составе флота имелось два десятка паровых шхун, прародителей находившихся в постройке десантных судов типа «Надежда», которые в короткий срок можно было переоборудовать под эти цели.

Это что же получается, что предыдущее командование сознательно занижало количество судов, чтобы не принимать на себя слишком много задач? Попросту обманули Ставку относительно реальных возможностей флотилии. А мы тоже хороши. Сразу не проверили, все думали, что нам для десантной операции в проливе нужно еще не менее двадцати транспортных судов. Вот и заказали себе с запасом целых тридцать десантных судов типа «Надежда». Ладно, они нам в будущем пригодятся – не на войне, так в мирное время. А теперь посмотрим, как пройдет эта десантная операция. Если все сложится как надо, значит, начнем к осени готовить операцию по захвату Босфора.

Штаб Кавказской армии при разработке операции немного преувеличил численность противника в районе Трапезунда и решил усилить отряд генерала Ляхова двумя казачьими пластунскими бригадами и поручить ему захват Трапезунда. Впоследствии стало известно, что турки в районе Трапезунда имели всего шестнадцать батальонов, а укрепления города были чисто символическими. Но мы задействовали в операции усиленный корпус, то есть примерно в четыре раз больше сил, чем у противника.

Первой фазой операции стала переброска из Новороссийска в Ризе этих самых двух пластунских бригад. Пока пластуны грузились в Новороссийске, туда подошли еще три батальона, и теперь на выделенные двадцать три судна надо было погрузить вместо пятнадцати тысяч личного состава двадцать одну тысячу, да с полным вооружением. А это почти дивизия. Ну ничего, все благополучно разместились на транспортах, не испытывая никаких затруднений. Сам командующий Кавказской армией генерал Юденич поднялся на крейсер «Алмаз» – он решил посмотреть на действия Приморского отряда генерала Ляхова. На том же судне находился начальник штаба флота, а теперь ответственный за высадку десанта контр-адмирал Пилкин.