Александр Конторович - Гвардия «попаданцев»

– Так и что с того? Один человек? Что он может?

– Ежели, Петр Нилыч, это тот самый, кого мы ищем – то многое он может, ты уж мне поверь…

Спустя два дня уже другая карета остановилась напротив указанного дома. Неброская и не слишком разукрашенная – таких много каталось по столичным улицам. Спрыгнувший с козел кучер, подойдя к дому, постучал кнутовищем по двери. Еще раз…

– Что вам угодно? – выглянула в окошко второго этажа симпатичная девушка.

– Да к доктору господин мой пожаловал…

– Доктора Арендта ныне дома нет.

– Ох, незадача-то какая! А как скоро он прибыть изволит?

– Да вскорости его ожидаем… Хозяин ваш про то заранее договаривался?

– Дык, нежели запросто потащились бы мы – ажно с того края-то?

– Я открою вам дверьи… – девушка не очень чисто говорила по-русски.

Вышедший из кареты благообразный господин, не торопясь, с достоинством, проследовал к дому. Войдя внутрь, поискал глазами того, кому можно было бы отдать трость и шляпу, и не найдя никого, сунул их девушке, что открыла ему дверь.

– Присаживайтеся, любезный господин… – указала она на стоящее у столика кресло. – Если таково будет ваше пожелание, то я принесу вам что-нибудь попить.

– Грогу?

– Можно и грогу, если таково будет ваше пожелание…

– Извольте.

Вежливо поклонившись, хозяйка дома исчезла за дверью. Гость огляделся. Чистая и аккуратная комната – все вещи лежат в порядке, каждая на своем месте. Еле-еле ощущавшийся в воздухе запах аптеки лишний раз подчеркивал профессию хозяина дома. Стояла тишина, не нарушавшаяся никакими посторонними звуками.

Скрипнула дверь – явилась хозяйка. Придерживая пышные юбки, она осторожно поставила на стол небольшой поднос. Сняла с него кувшинчик (а между прочим – серебро!) и бокал для грога. Аккуратно наполнила из кувшина бокал и с поклоном предложила его гостю.

– Будьте так любезны, сэр…

Напиток был хорош! Такого князю ранее пробовать и не приходилось, а ведь, казалось бы – чем можно удивить царедворца, многоопытного в таких вопросах?

– Изрядно, душа моя! – похвалил он хозяйку. – Что за рецепт таков? Не пробовал я доселе таковых вкусностей!

Девушка улыбнулась. Она так и осталась стоять около столика.

– Да присядьте вы, мадемуазель! Окажите уж уважение старику! Когда еще доктор-то прибудет, а тут – ни единой души, даже и словом перемолвиться не с кем…

– Я не есть очень хорошо говорить по-русски.

– Да и… – отмахнулся рукою гость. – Чай не о смысле бытия говорить станем… Давно ли в городе нашем пребывать изволите, сударыня?

– Третий год пошел уже тому, любезный господин.

– И все – взаперти? Неужто доктор ваш столь человек бессердечный, что и из дому вас не выводит никуда? Город наш – красив весьма и преудивителен.

– И полон соблазнов… кои не очень подходят для благовоспитанной девушки.

– Г-х-м-м… м-м-да… и это тоже есть, да… Но не токмо ведь в соблазнах смысл жизни заключается, не так ли, сударыня? И иные вещи есть, не столь опасные…

– Возможно… Однако я слышу стук копыт, не иначе как прибыл доктор…

И действительно – из подъехавшего экипажа вышел не кто иной, как доктор Арендт. Последнее время он не был уж слишком загружен работою в посольстве – после известных случаев персонал последнего сократился до нескольких человек. Доктор, как честный труженик, прибывал туда к одиннадцати часам, терпеливо дожидался обеда, после которого и отправлялся по своим делам. А их у Арендта хватало. Клиентура была давней и преданной, доходы доктора были весьма значительны – даже и по столичным меркам. Хватало и на то, чтобы нанять постоянного возчика. Своего выезда доктор не держал – условия проживания не предоставляли ему такой возможности. Да и не хотелось возиться с экипажем и лошадьми самому. А посторонней прислуги в доме не было. Быстро взбежав по ступенькам (и недоуменно покосившись на незнакомую карету у крыльца), Арендт постучал в дверь.

– Мисс Мария! А что у нас за гости…

– Здравствуйте, господин… Артем Олегович?

– Здравствуйте, Алексей Борисович. Рад вас видеть. Мария, позволь тебе представить…

– Его светлость генерал-прокурора Российской империи, Алексея Борисовича Куракина. Очень приятно, князь, – русский язык хозяйки дома теперь был безупречен. – Стоило ли разыгрывать такую комедию, ваше сиятельство?

Князь прокашлялся.

– Язычок у вас, сударыня… А что делать оставалось? С меня государь император вдругорядь спрашивал – где те люди, что дело великое свершили?!