Александр Конторович - Гвардия «попаданцев»

Выстроившиеся перед императором офицеры слушали его молча и не без некоторого волнения.

– Представляю вам капитана Мору! – указал Павел рукою на стоявшего чуть в стороне офицера в незнакомом мундире. – Сей офицер повоевал изрядно, и видел многое. Порядки, в армиях европейских заведенные – знает. Но речь не о том… Решили мы создать полки строя нового – у нас егеря похожим образом воюют. Однако ж – именно похожим, а не таким. Вот сей капитан и будет вас, господа офицеры, делу этому учить. Не ставлю его над вами – того нет! Но, ежели полк ваш, славою овеянный, надежд моих не оправдает… печально мне сие слышать будет. Весьма печально… Далее – разумейте сами!

И во внешней политике громадной империи наметились (совершенно ничем внешне не обусловленные) неожиданные повороты и изменения. Откровенно говоря, такого поворота ожидали многие – уж слишком много судеб и карьер зависело от этого. Но вот угадать, куда и как резко, повернет непредсказуемый император тяжелую государственную колесницу…

Совершенно очевидно было то, что возврата к союзу с Англией в ближайшее время не произойдет. По той же причине отпадала и Австрия – те слишком сильно были повязаны с островитянами. Франция? Союз с республиканцами? Совершенно невозможная вещь! Никто из здравомыслящих людей и представить себе не мог подобного комплота.

Сомнения разрешились, когда в Зимний был вызван испанский посол…

О чем была та беседа – так никто и не сумел впоследствии выяснить. Немногочисленные ее участники ничего про то не поведали, а с течением времени этот вопрос перестал занимать умы, совершенно оттесненный на задворки произошедшими событиями. Вскорости в Испанию направилось немаленькая группа высших должностных лиц, в том числе и военных, что вызвало оживленные пересуды среди многих осведомленных людей. Спустя некоторое время в порту явилось сразу два корабля незнакомой постройки. Знающие люди нехотя поведали, что это самоновейшие фрегаты откуда-то из неведомых краев, только что поступившие на вооружение испанского военного флота. И будто бы один такой фрегат является подарком испанского короля императору. Впрочем, сей вопрос интересовал только моряков, прочая же публика к нему интереса не проявила – не то… Вот если бы то платье какое было, необыкновенное…

А учеба, в полках назначенная, шла тем временем быстро. И небескровно – случались здесь всяческие неприятности. И руки ломали и ноги, порою и вовсе что-то неприятное выходило, не без того. Однако ж с офицерами теми, что император представил, взаимопонимание нашлось быстро, благо народ оказался не зазнаистый и в обхождении простой. Звезд с небес никто из них не ухватил в свое время, а вот делу военному обучились правильно. И по рассказам, за чаркой вина поведанным, учителя у них и вовсе были – зверюги сущие!

– И не сомневайтесь, господа офицеры, преувеличения в словах моих нет! – приложил руку к сердцу капитан Санчес. – Не мастер я словеса красивые разговаривать, однако ж, на службе воинской десять лет пробыв, таковых приемов и не видывал никогда. Даже и не слышал! А вот как сам в дивизию ту попал… Честно скажу – мундир на мне уже через месяц, как на палке, болтался – до того я там похудел! И на сержантов, кои у нас инструкторами были, порою как на врагов рода человеческого смотрел!

По-русски капитан говорил нечисто, слова иные путал, прочие – так и вовсе не знал. Но, давно уже отмечено людьми знающими, что опосля некоторого количества совместно употребленных горячительных напитков, взаимопонимание отчего-то устанавливается достаточно быстро. И языковый барьер тому нимало не помеха.

– Сержанты? – недоверчиво переспросил поручик Языков. – Как такое возможно, господин капитан? Чтобы простой сержант – офицеру учительствовал?

– Э-э-э, господин поручик, – махнул рукой Санчес. – У «Ночного гостя» еще и не такое случалось… Поверите ли, солдаты и офицеры, из Калифорнии прибывшие, рассказывали про то, что там их учила женщина! В офицерском звании, между прочим, господа!

– Да ладно?

– Ей-богу! – горячо взмахнул руками испанец и размашисто перекрестился для вящей убедительности. – Сам про то слышал не единожды, и офицеров, ее лично знавших, представить вам могу. Да что и ходить-то далеко? Вот, будет у нас в полку вдругорядь капитан Мору – его и расспросите. Он, из-за той женщины, чуть было на дуэли не подрался! Да генерал запретил – он на такие вещи строг! Не разрешает дуэлей между своими офицерами.