Андрей Бондаренко - Гвардейская кавалерия

— Любопытный такой дедуля, — меланхолично передёрнул плечами Куликов. — С чувством юмора, по крайней мере, у него всё в порядке…. А кто он, собственно, такой? И для чего нам понадобился?

— Мистер Герберт Мэтьюз является руководителем отдела редакции американской газеты «Нью-Йорк таймс». Большая шишка, признанный авторитет и опытный журналист-международник. Прославился ещё восемнадцать лет тому назад своими острыми репортажами об испанской гражданской войне…. А понадобился он, вообще-то, и не совсем нам. Просто дальновидный Фидель Кастро решил, что надо привлечь — к революционной борьбе — и американскую демократическую прессу. Мол, пусть осветит и расскажет всему Миру о гадком и кровавом диктаторе Батисте. Вполне нормальная и перспективная, на мой взгляд, задумка. Из знаменитой и нетленной серии, мол, лишним не будет…. Вот, нас и попросили — доставить авторитетного мистера Мэтьюза на встречу с лидерами молодой кубинской Революции. То есть, на интервью…

— Почему — именно нас?

— Фидель с соратниками сейчас ведёт с правительственными войсками вялотекущую партизанскую войну, укрываясь в горах Сьерра-Маэстра. Естественно, что на всех дорогах, ведущих к этому горному массиву, выставлены усиленные полицейские и армейские патрули. А нам пройти через них — раз плюнуть. С таким-то бронебойным козырем…

— С каким, командир, козырем?

— С козырным и безумно-симпатичным, — по-доброму усмехнулся Ник. — Я, Серж, твою драгоценную тёщу имею в виду. Прекрасная и отважная охотница на аллигаторов, чьи фотографии украшают первые страницы всех латиноамериканских газет и журналов, это совсем и не шутки. Перед такой известной медийной персоной, образно выражаясь, все двери и ворота распахнуты настежь…. Что это ты, молодожён одноухий, так недоверчиво качаешь пегой головой? Совсем скоро мы на практике проверим данный тезис. При общении с суровыми представителями кубинских Властей, я имею в виду…

«Кошка» уверенно пришвартовалась возле низкого чёрно-серого бетонного мола, предназначенного для частных яхт и катеров. Сизый, выполнявший роль судового матроса, ловко перебросил на берег сходни, а после этого надёжно закрепил на чугунных «чушках», заглублённых в бетон мола, концы носового и кормового канатов.

— Молодец, тестюшка. Отличный юнга получается из тебя, — нежно приобнимая молодую жену за осиную талию, похвалил с капитанского мостика Куликов. — А теперь будем ждать прибытия здешних официальных лиц. Сколько, интересуетесь, ждать? А Бог его знает, если честно. С одной стороны, местные деятели должны поторопиться, мол, прибыла частная яхта, значит, появилась реальная возможность получить (не важно, по какому поводу), солидную «мордиду». То бишь, банальную и пошлую взятку…. С другой же стороны, лень — в Латинской Америке — давно уже возведена в высокий ранг религии, мол: — «Работа, она не мартышка, и в дикие джунгли не убежит. А гамак, как известно, лучший друг. Лежи себе, качайся потихоньку, ароматную сигару покуривай, свежее пивко попивай. И вообще, спешка — признак дурного тона. Пусть дурачки гринго спешат и суетятся, так их всех и растак, торопыг неуёмных и безо всякой меры деловых…». Так что, уважаемые друзья, коллеги и милые родственники, можете немного расслабиться. И даже распить — в честь нашего успешного прибытия в данный занюханный порт — парочку бутылочек вкусного и забористого винца. А я, извините, пас. В глухой завязке нахожусь…. Мартина, Душа моя хрустальная, может, пройдём в нашу каюту? Пролистаем, так сказать, старинные и весьма редкие лоции Карибского моря?

— Пройдём, мой повелитель. Пролистаем…

Через полтора часа Сизый сообщил:

— В конце мола появились человеческие фигурки. Надо думать, по наши Души…. Какие будут приказы, командир?

— Спускайся, голубка, вниз и готовься к театральному выходу, — заговорщицки подмигнул Айне Ник. — Будешь играть роль взбалмошной и слегка капризной хозяйки яхты. Ну, и всё остальное, как и договаривались. Только, пожалуйста, не перебарщивай…. И вы, Герберт, посидите пока в кают-компании. Поднимитесь на палубу минут через пять-семь после блистательной сеньоры Толедо…. Ну, а мы с тобой, друг мой Лёха, здесь побудем. Типа — два туповатых, недалёких и слегка хмельных матросика. Открывай очередную бутылочку. С красненьким, чисто для разнообразия. Только сперва сходни прибери на палубу, так, чисто для понтов дополнительных.…

Вскоре напротив «Кошки» остановилась процессия, состоявшая из трёх приметных личностей. Возглавлял её офицер пограничной службы: высокий, мосластый, средних лет, с пышными угольно-чёрными усами, в нарядном мундире, украшенном разнообразными «висюльками» и солидными погонами, с огромной пистолетной кобурой на правом боку. А рядом с ним застыли двое упитанных штатских — низеньких и грузных, с потрёпанными портфелями под мышками.