Юрий Иванович - Роль чужака

Следовательно, мои эрги’сы стали опаснее для врагов как минимум вдвое. Радует.

Значит, дворец строили всё-таки древние, а не зроаки и не какие-то мифически умные кречи. Интригует.

Теперь осталось подняться по внутренней лестнице да раскрыть тайну «трёх фрагментов» и совмещённого с ними символа мира Бесконечного Козла. Но мне помешали. Только начал протискиваться бочком по узкой каменной лестнице, как из соседнего апартамента, куда я пробил дыру нечаянно, раздался грозный голос:

– Эй, кто там в стене?! Выходи!

Пришлось пятиться назад, а потом и выходить наружу со словами:

– А вы сами-то кто такие, раз так сердито и не по уставу обращаетесь к главному атрегуту дворца? – И окатил свой внешний вид волной очистки, снимая ворох паутины и толстый слой пыли. Иначе мои знаки различия никто не рассмотрел бы толком.

В помещении находились два массивных эйтрана с алебардами. Дворцовая стража, как я помнил. Ещё один воин меньше ростом, скорей всего из сил основного мира, стоял в дверях. Но как только меня опознали по знакам различия и эполетам, старший в троице подал какой-то знак воину, и тот скрылся с глаз. Зато чётко послышался топот его сапог в коридоре. Никак умчался с докладом? Получается, что меня искали? Вот только кто? Императрица или принцессы? Или к попыткам уничтожения нового фаворита стали подключаться старые? И для лучшего сбора информации следовало самому напирать с вопросами, благо должность позволяла:

– Так кто вы такие и что тут делаете?

– Сержант стражи Петер Глот! Делаем плановый обход этажей. Услышали подозрительный грохот, решили проверить и выяснить, что здесь случилось.

– Всё в порядке, сержант, здесь у меня всё под контролем. Отправляйтесь в дальнейшее патрулирование!

Но стражник явно не спешил уходить:

– Может, господин атрегут нуждается в нашей помощи?

– Ну ты сам прикинь, Петер, – добавил я в тон сарказма, – чем вы можете помочь атрегуту, экселенсу Трёхщитному, который сам умеет проламывать любые стены? – Смутить его, а тем более его товарища, удалось. – Так что топайте, ребята, а то можете нечаянно и под обломки угодить.

Больше вопросов у них не нашлось, и стражники удалились. Но я не поленился выйти за ними в коридор и крикнуть вслед:

– И на этот этаж больше не заходите до моего особого распоряжения!

Эйтраны переглянулись между собой да и потопали дальше, скрываясь за поворотом коридора. А я, озираясь по сторонам, задумался. Может, это и совпадение, но род сержанта соответствовал роду последнего любовника Марии, имя которого моя память запомнила на удивление твёрдо: Вирник Глот. Возможно, среди выходцев из погибшего мира такая фамилия, как у нас Иванов, распространена, но тревожные колокольчики зазвенели. Да и логика подсказывала, что здесь особо делать страже такого высокого ранга нечего. Все окна снаружи наглухо задраены ставнями, кречи через них внутрь здания не проскользнут, на крышах круглосуточные дозоры, так что здесь скапливаться вражеской нечисти не пристало. Конечно, хотя бы раз в день пройтись по нежилым местам не помешало бы, но для этого уместнее использовать боевые подразделения попроще. Хотя бы тех же самых лучников обязать просматривать этажи, когда они идут на вахту или когда спускаются вниз.

Следовало дождаться тех, кто придёт после доклада посыльного. Да и оба стражника, я почему-то уверен, застряли на лестнице. Потому что шаги их как раз в том районе затихли. И хоть как меня ни манила тайна фрагментов вокруг символа под потолком, залезать в узкие простенки мне перехотелось. Следовало перестраховаться, отыскать удобное укрытие и понаблюдать за развитием событий со стороны. Кто сюда свои силы пришлёт, от этого и буду исходить в дальнейших действиях.

Между прочим, мысли, что меня «засветил» Шеян Бродский, даже не возникло. Крепкий орешек, такой и под воздействием детектора лжи не расколется.

Удобное место отыскалось в торце коридора: некая комната, предназначенная для занятий гимнастикой или спортом. Некое подобие шведской стенки и несколько соломенных матов на полу ни для чего иного служить не могли. Вот из неё, чуть-чуть приоткрыв дверь да усевшись на прихваченное кресло, получалось отлично просматривать весь коридор. А то, что я сам в данном месте оказался как бы в ловушке, меня нисколько не волновало. Опасней всего первый удар, исподтишка, неожиданный. Тогда как в открытом противостоянии я справлюсь и с десятком нападающих, даже не убивая их.