Вера Чиркова - Тайна зеркала

Можно представить, какие будут глаза у пацанов, когда они увидят его в таком облике! А вот рассказам про этот мир нипочём не поверят… как пить дать. Жаль, конечно.

Переправа заняла почти два часа, и вовсе не потому, что река была такой уж широкой. Просто плот двигался очень медленно, тщательно выбирая путь между вскипающими над водой пенными бурунчиками.

Тяжелее всего плотогонам пришлось, когда неуклюжее средство передвижения достигло середины. Более быстрое течение тащило его на камни, и крепкие, загорелые парни бегали от борта к борту, помогая направляющим шестами. Несколько раз плот задевал краем подводные валуны, и его начинало разворачивать. Кибитка с пассажирами кренилась в разные стороны и угрожающе скрипела, но никто особо не паниковал.

Старался не волноваться и Костик: плавал он отлично и надеялся, что сумеет спасти свою балалайку и упрямую девчонку. Разумеется, специально он о ней не думал… Просто забыть не получалось. То и дело всплывали в памяти не замеченные сразу или показавшиеся незначительными подробности, и Костикова оценка произошедшего постоянно менялась, в прямой зависимости от того, в каком настроении был в этот момент он сам. Ещё имелся один вопрос, с приближением вечера волновавший его всё сильнее, однако парень ни за что не стал бы задавать его туземным советчикам. Даже самому себе не желал признаваться, как сильно его интересует, где спят рабыни ночью.

К противоположному берегу плот пристал в сумерках и на несколько километров ниже того поселка, откуда начинал свой путь. От потемневшей деревянной пристани пассажиры щли по склону холма пешком, и Костик искоса поглядывал на плетёнку, которую тащила Майка.

– Когда я вижу идущего налегке мужчину, рядом с которым тащит тяжёлые сумки его жена, – всегда сердито говорила в таких случаях мама, – мне очень хочется плюнуть в лицо его матери. Именно она когда-то не вдолбила сыну, какая это подлость – быть настолько бесчувственным и жестоким к близкому и более слабому существу.

И Костик всегда был с нею полностью согласен. Но вот сейчас стоял перед нелёгким выбором: отобрать корзинку и нарваться на новый всплеск негодования усатого аборигена или всё же подождать с благородством до лучших времён? Не лучше ли потерпеть немного, пока он не выяснит, насколько сильно может навредить себе и Майке не принятыми тут поступками?

Терзания парня закончились неожиданно скоро, едва они перевалили за невысокий бугорок. Перед путниками открылся вид на раскинувшийся в ложбине довольно крупный посёлок, и первые же, плотно стоящие друг к другу и очень похожие на гаражи домишки оказались местной гостиницей.

Теперь первым место выбирал Авронос и, не задумываясь, направился к самому новому и высокому из домиков, сделав Костику знак следовать за ним. Хадзони пошёл вместе с ними, хотя некоторые пассажиры вселялись всего по двое. Костик успел это рассмотреть, пока шёл за лекарем.

Внутри помещение оказалось обставлено очень просто: примерно в метре от входа начиналась одна-единственная лежанка, покрытая чем-то вроде ковра. На лежанке в беспорядке валялись подушки, крошечные оконца были затянуты непременной сеткой.

– Скажи рабыне, чтобы почистила ковёр, пока мы умываемся, – предложил Костику Авронос, присмотревшись к лежанке, и парню пришлось повторить Майке его приказ.

Вот как у неё получалось так махнуть ресницами, что Костик сразу начинал чувствовать себя свиньёй, понять он пока не мог, однако менять указание или предлагать рабыне свою помощь не стал.

И не столько из боязни насмешек или презрения аборигенов, сколько от незнания, с чего нужно начинать эту самую чистку. Но умыться постарался как можно скорее, намереваясь пойти посмотреть, не слишком ли надрывается рабыня, и заодно улизнуть от спутников. В последние часы их опека стала казаться Костику слишком навязчивой.

В домик он заявился в разгар уборки и застал Майку без примелькавшегося за день покрывала. С закатанными рукавами и с замотанной на затылке длинной чёрной косой девчонка выглядела невероятно худенькой и хрупкой, однако действовала умело и решительно.

С ковром Майка поступила просто: достала где-то метёлку и выметала его, как хозяйки метут пол, только крошки летели. Костик несколько секунд понаблюдал и ретировался, сообразив, наконец, что не зря весь мусор резко начал нестись только в его сторону.

– Вот же вредная! – сердито бурчал парнишка, выскакивая на низенькое крылечко и отряхиваясь. – Я о ней забочусь…