Лев Пучков - К-55. Обманувшие смерть

Вадим интенсивно, в несколько приёмов, понюхал сухой стоялый воздух – ни дать ни взять, что твоя гончая на охоте, намёков на прель или тлен не уловил и, оставив дверь на всякий случай открытой, неспешно двинулся по коридору, ступая на цыпочках.

В коридоре были два одинаковых ответвления, оба справа, на равном удалении друг от друга.

И оба вели в никуда. В каждом была основательная такая бетонная забутовка во весь проём.

Вадим обстучал забутовки рукоятью ножа: они были монолитными, тут отсутствовали начисто какие-либо даже намёки на вибрации, указующие на тонкостенный шанс для ленивой кирки.

Если в конце коридора будет то же самое, придётся поискать лом с киркой или топать в никуда по железнодорожному тоннелю. Хотя лом с киркой для такого куска бетона – что слону дробина, это даже системному администратору понятно. Так что можно сразу топать.

Слава богу, топать никуда не пришлось: в конце коридора была точно такая же дверь, как в тоннеле.

Дверь выходила в шахту лифта.

Приоткрыв её, Вадим увидел справа лестницу.

Нет, это была не полноценная лестница, как в жилых домах и учреждениях, с наклонными маршами и перилами, а вертикальная аварийная лесенка, две железные направляюще и приваренные к ним перекладины, и никаких тебе поручней и страховочных креплений.

Зато через каждые десять метров на этой лестнице располагались небольшие промежуточные площадки. Кругляш рифлёной стали диаметром немногим более полуметра, грубо приваренный к направляющим и снабжённый кольчатым бордюром на трёх штангах, высотой сантиметров семьдесят.

В общем, такая стальная корзинка с рифлёным дном и пятью прутьями, два из которых являлись по совместительству направляющими.

Вадим высунулся в шахту, держась за лестницу, посветил вверх, вниз…

Чернота.

Дна не видать.

Наверху был механизм подъёмника и виднелся бетонный потолок. То есть наверх хода нет, оба лифта предназначены только для спуска.

В общем, в активе была тёмная пропасть с сиротливо болтающейся между небом и землёй одинокой клетью, пучком кабелей и точно такой же лестницей на противоположной стороне.

– Так… Ильдар, я не понял: это что, прикол такой? Да мне даже смотреть туда страшно, не то что лезть! Нет, я помню, что не хотел беспокоить, и всё такое… И вообще – сам, всё сам, но… Ты извини, но закрадывается такое подозрение, что в детстве тебя краулер за мозг укусил!!! Причём, похоже, хорошо так укусил, да не один раз…

Вадим вернулся на станцию и для вящего исследовательского паритета прогулялся в левый тоннель. Да, это если стоять на рельсах лицом к лифтовой площадке, то в левый.

Здесь наблюдалась трогательная симметрия.

Точно такая же дверь, такой же коридор, даже два ответвления с забутовками – только теперь влево.

Интересно… Куда ведут эти коридоры? Почему их намертво замуровали, что там такого, от чего надо муроваться…

Вадим прогулялся до двери, заглянул в шахту лифта, осмотрел лестницу.

Полная симметрия. Направляющие, перекладины, «корзинки».

Вернулся на лифтовую площадку, посидел немного, собираясь с силами для спуска и между делом рассматривая схему.

Проштудировал все три листа, ещё разок изучил легенду в конце…

Да нет, не было тут никаких дополнительных указаний по методике спуска, никаких намёков на приоритеты: по какой лестнице спускаться, за что держаться, как страховаться. Может, крест касается не только лифта, но и самих лестниц, и есть ещё какой-то альтернативный способ?

Увы, увы… Подсказки отсутствовали. Грубый жирный крест на значке лифта, стрелка вниз, и на этом всё: пожалуйте брать урок промышленного альпинизма.

Некоторое время Вадим пытался насильственно включить эвристическое мышление на предмет додуматься до этого самого спасительного альтернативного спуска.

Ну и не додумался. По исходному набору данных напрашивался только один очевидный вывод.

Лестница справа, лестница слева, питания нет, высокие умствования ни к чему не привели…

Значит, в соответствии с принципом «бритвы оккама» [3]в любом случае придётся спускаться по лестнице!

Забрав мешок и второй автомат, Вадим вернулся на аварийную лестницу № 1. То есть ту, что справа.

Это если стоять лицом к лифтовой площадке, то справа.

Почему-то эта лестница понравилась ему больше, чем та, что слева. Вразумительно объяснить предпочтение он не мог, да и не собирался, просто поступил по зову сердца.

– Не отказывайте себе ни в чём, херр альпенмейстер. Нравится лестница справа, идите направо. Без всяких объяснений. Хм… А если никакая не нравится? Да всё равно идите. Сказано – вниз, значит, вниз…