Лев Пучков - К-55. Обманувшие смерть

Кто бы ещё ответил на него…

Вадим шёл не спеша, часто останавливался на прослушку и отдых.

С «ухом» разобрался без проблем: видел, как всё делает Панин, повторить было несложно.

Единственно, там был верньер тонкой настройки чувствительности, так вот Вадим как-то упустил, крутил его Панин или нет.

В связи с этим возник насущный вопрос: реально ли «слушает» прибор или работает вхолостую. Если реально, то как далеко слушает?

Сигнал при включении-выключении был, рябь присутствовала. Топнул ногой в порядке тестирования, точно по центру экрана возникла точка. Ну так это ведь нельзя брать за объективный результат, считай, что по прибору стукнул.

Погуляв по тоннелям со схемой Мусаева, Вадим пришел к неожиданному выводу.

Никогда ранее не путешествовал в одиночку, весь детско-юношеский туризм прошел под эгидой «вместе весело шагать…» – далее по тексту.

В команде идти легче.

В общем зачёте движешься быстрее, меньше устаёшь, команда задаёт темп, особенно если ты новичок или просто рядовой ведомый, остаётся только подстраиваться под единый ритм.

Ну и, если оперировать ненаучными понятиями (как сказал бы Лёша Панин), команда, по-видимому, генерирует коллективную ауру, которая подпитывает тебя и заряжает энергией.

В одиночку Вадим не шёл, а буквально плёлся.

Всё время хотелось спать, после остановок приходилось волевым усилием брать себя в руки, поднимать за шкирку и заставлять двигаться дальше.

Плохо гулять тут без командира, без поддержки команды.

А особенно плохо, что многие тоннели обильно заросли лесом и слабо проветриваются.

К концу второго часа пути Вадим так устал и вымотался, что решил бросить запасной мешок.

Сил больше не было тащить такую тяжесть.

На старте вроде бы всё было нормально, а с каждым километром груз, словно по прихоти какого-то местного злого духа, становился всё тяжелее и тяжелее.

Всё-таки это было не совсем обдуманное решение, взять два мешка и два автомата.

Первоначально, кстати, запасной мешок был задуман как… бронежилет.

Допустим, выскочит навстречу сорвавшийся с резьбы краулер, ударит своими страшными копьями-крючьями и застрянет в мешке. Комплект ХЗ для этого дела вполне плотный, спальник не вполне, но тоже ничего, хороший буфер.

А Вадим, значит, тем временем успеет выпустить в гада пару очередей.

Да-да, разумеется, практика показала, что оружие тут очень слабое утешение. Уж если Мусаев вкупе с двумя опытными бойцами извели кучу патронов и ничего не могли сделать при массированной атаке тварей, то у неопытного Вадима шансов, можно сказать, ноль целых, три десятитысячных.

Но всё равно, висел он на груди, этот запасной мешок, и создавал некую иллюзию защищённости.

И эта иллюзия грела душу и немного успокаивала…

Дилемма «что бросить – мешок или оружие» всплыла буквально на секунду и тут же разрешилась в пользу оружия.

– Прости, запасной мешок, но на первом же перекрёстке я тебя брошу. Ты прекрасен и полезен, я тебе дико благодарен за всё, но… Боливару не вынести двоих… Нет, даже четверых – если стволы считать за самостоятельную единицу.

Прошёл немного, усмехнулся:

– Сам с собой разговариваешь, шизик? Симптоматично. Хотя, если разобраться, тоже вариант. Всё лучше, чем говорить с мёртвыми.

До перекрёстка ждать не пришлось.

Вскоре попалось основательное расширение с разъездной дугой узкоколейки (для тех, кто совсем не в курсе – это чтобы могли разъехаться две встречные вагонетки).

У вершины дуги, в стене, Вадим обнаружил небольшой грот.

Очевидно, когда-то это было подсобное помещение. То ли кладовка, то ли щитовая, не важно, теперь это был именно грот, дикий, наполовину обвалившийся, густо заросший лесом.

Вадим обследовал грот, жутких «припасов» и каких-либо признаков, указующих на интересы краулеров, не обнаружил.

– Интересы краулеров? Ну ты сказанул, бродяга… Помнится, кого-то покоробило, что Ильдар очеловечивал этих тварей и ставил их вровень с нами? Хмм…

Достал складной нож из «ЗИПа» – он оказался на удивление острым, аккуратно вспорол толстый ковёр в углу, уложил мешок, прикрыл.

Отошел, оценил: неплохо получилось, если специально не присматриваться, вот эта лёгкая угловая вспученность в глаза не бросается.

Схоронив запасной мешок, Вадим развернул схему и поставил отметку, «Н» в кружочке, что со всей очевидностью означало «нычка».

Обозначение условное, поскольку именно это местечко на схеме никак не зафиксировано, есть только стрелки, указывающие направление на данном участке маршрута. Но место приметное – разъезд, так что найти будет несложно.