Андрей Столяров - Мир иной (сборник)

Тайваньская армия никакого сопротивления не оказала. Да и какое могло быть сопротивление, если в ее регулярных частях наличествовало всего двадцать две тысячи человек. Были, правда, девятьсот самолетов и почти три тысячи броневиков, но направить их в бой – значило ввергнуться в гигантскую гекатомбу. Потери тогда были бы неисчислимы. В общем, войска получили приказ оставаться в казармах и в боевые действия не вступать. И, вероятно, был прав один из второстепенных тайваньских политиков, бежавший вскоре на Запад и выпустивший там сенсационную книгу «Предательство демократии», который прямо указывал, что Китай, стремясь избежать жертв, могущих негативно отложиться в сознании, заранее договорился об оккупации с тайваньским правительством и даже дал ему несколько дней, чтобы подготовиться к новой политической ситуации. Эта версия, кстати, отчасти подтверждалась и тем, что во вторжении не участвовали ни тяжелые танки, ни артиллерия. Вся операция осуществлялась силами пехотных соединений, как будто китайское военное руководство действительно знало, что реальных боевых действий не будет.

И есть еще одно интересное подтверждение. Уже через сорок минут после высадки китайского десанта на побережье правительственная радиостанция Тайбэя, а вслед за ней и многие местные, муниципальные, как впрочем и частные радиостанции, начали передавать сообщения, где говорилось, что материковые и островные китайцы – это единый народ, который был разделен исторической несправедливостью. Теперь произойдет «Великое воссоединение», распустятся «сто цветов», воспрянет «тысяча трав», наступит эпоха «мудрого совершенства» и обновленная китайская нация двинется по дороге благоденствия и прогресса. Тайваньское правительство в свою очередь призвало население соблюдать спокойствие, армию и полицию – проявить разумную сдержанность, местных чиновников – сотрудничать с новой администрацией.

В общем, серьезных инцидентов в период вторжения не было. Уже на следующий день жизнь большинства тайваньцев вошла в привычное русло. Правда, партия «Гоминьдан», существовавшая на острове до сих пор, была официально распущена, но никакими политическими репрессиями это не сопровождалось. Большинство тайваньских чиновников немедленно подали заявления в КПК, были приняты и остались на своих должностях. А осадное положение, объявленное в стране, выразилось лишь тем, что в течение нескольких суток на площадях Тайбэя стояли темно-зеленые китайские бронетранспортеры.

Впрочем, к концу недели они оттуда ушли. Тайвань особым решением правительства КНР получил статус автономного района Китая, некоторые идеологические топонимы были изменены, посольства иностранных держав переведены в ранг представительств и консульств, на побережье, где высадился десант, воздвигнут был памятный знак, а шоссе, ведущее от него, было названо Дорогой свободы.

Более – ничего.

Время снова потекло в Поднебесной, как оно текло до того – уже тысячи и тысячи лет.

Сказать, что мир вздрогнул, – значит не сказать ничего. Мир вздрогнул, покрылся испариной, оцепенел, как цепенеет кролик, когда зажигаются перед ним янтарные глаза смерти.

Дремлющий восточный дракон поднял веки.

Даже когда Ирак вторгся в Кувейт, не было такого ощущения нарастающего кошмара. В конце концов, что такое Ирак? Типичная слаборазвитая страна с непропорционально большой, но не слишком боеспособной армией. Войска НАТО справились с ним менее чем за неделю. И уж во всяком случае, это был региональный конфликт: не было никакого риска, что он перерастет во всеобщую катастрофу. Совсем другое дело – Китай. Его невозможно остановить с помощью ограниченной войсковой операции.

На удар Китай ответит ударом.

У него – военные спутники, баллистические ракеты, ядерное оружие.

Значит, снова мировая война?

Снова жуткий всепожирающий дым расползется по континентам?

Нет-нет, только не это!

Америка оказывается в политическом тупике. С одной стороны, она имеет четкие и недвусмысленные обязательства перед Тайванем. Она гарантировала его государственный суверенитет и обязалась его отстаивать всеми возможными средствами. Правительство США не раз публично заявляло об этом. С другой стороны, учитывая свое нынешнее положение, Соединенные Штаты просто не могут позволить себе ввязываться в полномасштабный военный конфликт. И дело тут вовсе не в соотношении сил. Формально армия США остается сильнейшей армией мира. У нее двенадцать авианосцев, войска быстрого реагирования, те же стратегические ракеты, в количестве, достаточном для того, чтобы превратить главные промышленные центры Китая в огненные скелеты.