Андрей Столяров - Мир иной (сборник)

Насчет причастности это он сформулировал точно. Я еще никогда не видел вживую, чтобы собиралось одновременно такое количество наших граждан. Чаты не в счет. В чатах можно участвовать, даже находясь на Земле. Здесь же выстраиваются на проспекте чуть ли не в четыре ряда. Все окна распахнуты, в каждом – целый цветник. Самые отчаянные энтузиасты карабкаются на крыши. А когда «Мальчик», рокоча мотором, позвякивая траками по мостовой, выворачивает на середину и дает приветственный низкий гудок, вдоль всей трассы внезапно прокатываются аплодисменты. Будто вспархивают над домами тысячи голубей. Кто-то машет руками, кто-то – цветным флажком, кто-то кричит ура-а-а!.. – так что доносится, вероятно, до противоположного края города. Не знаю, как у других, а у меня щиплет в глазах.

– Здорово!.. – говорит Квинта, привставая на цыпочки и вытягивая кверху ладони.

Кажется, что она сейчас полетит.

Как та цапля, что изображена на картине Енота.

Часть стеклянного колпака у «Мальчика» отъезжает, принцесса Лея с Чубаккой встают и машут в ответ. Сам Кэп этого сделать не может. Он, подавшись вперед, стискивает руками дугообразный штурвал.

Впрочем, и так понятно, что Кэп – поплыл. Яркая младенческая улыбка растягивает его лицо.

Выпирают по бокам мешочки щек.

Кэп сейчас ужасно похож на счастливого хомяка.

И вот наступает решающий момент испытаний. «Мальчик» подъезжает к краю брусчатки, за которым начинается пустота. На мгновение он замедляет ход, будто задумывается, а потом движется дальше – уверенно, словно под ним твердый асфальт. Метров через сто он сбрасывает первую сигнальную вешку, и она начинает мигать, выталкивая в пространство пакеты синих огней. Одновременно выскакивает из ангара Джефф Обермайер в рогатом шлеме и как безумный, прикладывая ладони ко рту, что-то вопит.

За аплодисментами и выкриками его, конечно, не слышно, но всем и так становится ясно, что связь работает.

«Радиоволны» проходят сквозь пустоту.

– Ура-а-а-а!..

И еще раз:

– Ура-а-а!!!

«Мальчик» между тем отдалился уже не меньше, чем на километр. Он выбросил еще пару вешек, и они выстроились в отчетливую ровную линию. Далее он разворачивается, описывая небольшой полукруг, и вдоль этой светящейся линии, не торопясь, возвращается к городу.

Вот гусеницы его вновь цепляют брусчатку. Вот он, пройдя метров двести, останавливается и заглушает мотор. Вот Кэп тоже встает из кресла водителя и торжественно, отдавая честь, прикладывает к шлему ладонь.

Они застывают, как памятник первооткрывателям. Принцесса Лея – в комбинезоне, с тугой косичкой, закрученной поверх головы, мохнатый Чубакка, вытянувший вверх обе лапы, и, наконец, сам Кэп, который сверкает, будто начищенный таз.

– Ура-а-а-а!..

И еще раз:

– Ура-а-а!!!..

Не хватает, по-моему, только духового оркестра.

Однако и без него шум такой, что слышно, вероятно, даже внизу, на Земле.

Мне очень памятны эти дни. Я вижу их так, словно это происходило вчера. Мы снова в кафе, но только в той его части, где столики вынесены на улицу, и Кэп, взбудораженный своими грандиозными достижениями, расспрашивает Духа, который сидит напротив, о том, чем на самом деле является пустота. Действительно ли там бесчисленные созвездия сайтов, галактики информационных узлов, связанных трафиками между собой, острова изолированных порталов, архипелаги баз данных, сплетенных устойчивыми коммуникациями? Наличествует ли там какая-нибудь картография? Возможен ли навигатор, прокладывающий сколько-нибудь воспроизводимый маршрут? Или конфигурация этой вселенной непрерывно меняется? И каковы там реальные расстояния? Через что они масштабируются – через время или через пространство?

Его беспокоит проблема ориентации. Одно дело – физический мир, где вся графика определена фундаментальными параметрами бытия: они такие, как есть, и изменить их нельзя. И совсем другое – мир виртуальный, зыбкий электронный пейзаж, зависимый от намерений множества пользователей. Сегодня он выглядит так, завтра – иначе. Сегодня он развернут по аксиальным осям, завтра – по цилиндрическим. Как плыть среди хаоса, как находить дорогу в царстве теней? Какие там существуют, если существуют, опасности? Правда ли, что антивирусные программы пытаются уничтожить любой «лишний» объект? Возможно ли проникновение в сайты со стороны? Насколько чужие архивы открыты по отношению к виртуалу? И главное, насколько правдивы легенды, давно уже гуляющие по сетям: об электронных тайфунах, сметающих проложенные маршруты, о «черных дырах», куда потоки притянутой информации низвергаются, точно в ад, о «морях глухоты», где ориентация в принципе невозможна, о фантомах и призраках, зарождающихся в местах наибольшей операционной активности.