Игорь Вереснев - Упрямое время

Не знаю, откуда взялась эта мысль, – что в коридоре стою я-другой. Мгновенно холодный пот прошиб. Что же это будет сейчас? Мне хреново становилось, едва себя-тогдашнего издалека видел. А если с нынешним, да нос к носу?

На миг захотелось выскочить на балкон и сигануть оттуда. Был бы второй этаж, так и поступил бы. Но с четвёртого – опасно, без ног останешься.

– Там кухня у меня. Эти двери – санузел, раздельный. А тут комната. Проходи, посмотри.

Первое, что я увидел – светлое коротенькое платье, оставляющее открытыми загорелые коленки. Я перевёл дыхание, и лишь после взглянул на вошедшую в комнату девушку. Круглое личико, волосы каштановые, сумочка на ремешке через плечо.

Девушка тоже меня рассматривала. Улыбнулась неуверенно:

– Здравствуйте.

– С кем ты там здороваешься? – поинтересовалась застрявшая где-то в коридоре хозяйка.

– А здесь у вас кто-то есть.

– Кто у меня там?

Хозяйка выглянула из-за спины девушки. И застыла, уставившись на меня. И всё, что она думала, на лице её нарисовалось.

– Здравствуйте, – я тоже улыбнулся, кивнул. Улыбка у меня получилась заискивающая, – Валентина Андреевна.

Имя-отчество хозяйки я добавил по какому-то наитию. По взгляду её видел – не узнаёт она меня, так хоть показать, что я её знаю.

– Здравствуйте. А вы кто такой?

– Я Гена. Я вчера у вас эту квартиру снял.

Ой, зря я так сказал! Должно быть, соврать следовало? Но голова раскалывается, не придумаешь ничего.

Девушка с недоумением оглянулась на хозяйку. А та нахмурилась.

– Что вы мне сказки рассказываете? Я вас в первый раз вижу. Как вы в квартиру попали?

Раз начал, то отступать поздно, буду жать до конца. Вдруг хозяйка поверит, что у неё амнезия кратковременная?

– Я же говорю – у вас квартиру снимаю. И ключ вы мне сами дали.

– Да? И где он?

Оба-на! Ключик-то я из кармана выложил. На тумбочку, рядом с часами. Ясное дело, провалился он туда же, куда и всё остальное. Неудачно получилось. Будь ключ у меня, может, и дожал бы хозяйку. Увидела бы, узнала, да и в самом деле усомнилась бы в своей памяти?

Я развёл руками.

– Кажется, потерял.

– Так-так, – хозяйка кивнула хмуро. И потянула девушку за локоток. – Мы пошли тогда.

Она не сомневалась, как и зачем я попал в её квартиру. И теперь лихорадочно соображала, как вывернуться с минимальными для себя потерями. Мужик-то я не хилый, сразу видно, и рожа зверской выглядит из-за шрама и зубов выбитых. С таким связываться – себе дороже. Сейчас она выйдет из квартиры, и сразу к соседям – милицию вызывать. Тогда уж мне убегать придётся далеко, через браслет. И фиг его знает, какие ещё пакости у небесной канцелярии наготове. Значит, надо это как-то предотвратить.

– Валентина Андреевна, я не домушник. Мне просто переночевать негде было. Я уже ухожу, я ничего у вас не взял.

Хозяйка вновь провела по мне взглядом, словно рентгеном просветила. Особенно на карманах остановилась.

– Не взял, потому что брать нечего, квартира пустая. Откуда знаешь, как меня зовут?

Она чуть успокоилась. Бомж это тебе не грабитель, чего его бояться?

– Я, вправду, снимал у вас квартиру. Давно. Вы забыли, наверное. Так я пойду?

– Давно, ишь ты! Да я второй год только сдаю. Я бы тебя запомнила.

Моему заявлению она не поверила, но в сторону отошла, освобождая проход. И девчонку, ошалевшую от происходящего, оттащила. Никто не остановил меня и не окликнул пока выходил, пока по лестнице спускался. Милицию хозяйка вызывать не станет: кражи не было. Ну, вскрыл кто-то замок, переночевал – делов? Менты и заявление у неё не примут, посоветуют замок надёжный поставить. Значит, бежать мне из этого времени необязательно. Впереди ночь, успею обдумать, что дальше делать. Потому как завтра – ещё одно первое июля.

Шляться до утра по улицам настроения у меня не было никакого. Искать другую квартиру для ночёвки – ни денег, ни документов. Единственный вариант оставался – лавочка в парке. Хочешь – сиди, думай, хочешь – лежи, дремай.

Лавочку я нашёл быстро. Не поломанная, достаточно чистая и стоит в месте укромном, отгороженном от аллеи стеной высокого кустарника и деревьями – видно, молодёжь перетащила подальше от фонарей и любопытных глаз. Хорошая лавочка. Единственный недостаток – у той же самой молодёжи популярная. Пока я сидел, раза три парочки наведывались, но узрев мою образину, планы меняли, ретировались. Вот и «добренько», как Мишаня говаривал.

Перво-наперво я взялся думать. Но хоть голова болеть и перестала, сочинить план действий на завтра у меня всё равно не получилось. Когда задницу отсидел окончательно, плюнул я на это дело и растянулся вдоль лавки. Локоть под ухо, глаза закрыл – и не в таких условиях кемарить приходилось. С тем, что опять кошмар увижу, смирился заранее. Как говорится, ничего не попишешь.