Сергей Чехин - Пламенные Сердца. Испытание Веры

— Решили уйти, не попрощавшись?

Обернувшись, они увидели Виверну. Наемник стоял, привалившись спиной к крепостной стене и держа в руках длинный кожаный сверток.

— А чего ты ожидал после содеянного? — хмыкнул странник. — Чарку на посошок?

— Разве Писание не велит прощать заблудших и любить врагов как самих себя?

— Писание велит, а я нет, ибо грешен. Да и самолюбием никогда не страдал. Скорее, наоборот.

— Слушай, я не хочу расставаться с обидой и злостью. Уверен, наши пути-дорожки еще не раз пересекутся.

— Надеюсь, ты ошибаешься.

— Перестань, правда. Я признаю вину, прошу прощения и пытаюсь хоть как-то загладить оплошность! А ты гонишь как собаку, слова сказать не даешь!

— О Свет! — выдохнул Андрей, всплеснув руками. — Вестимо, грядет твой конец, ибо Виктор Виверна признал вину и попросил прощения! Что дальше? Тьма покается?

— Да ну тебя, — раздраженно бросил наемник. — Бурчишь как старый дед. И вообще, я не к тебе пришел.

Виктор приблизился к девочке и размотал сверток. В нем покоился меч длиной в руку, в изящных деревянных ножнах. Узкий клинок, короткая прямая крестовина, плотно обмотанная ремешком рукоять, отлично подобранное по весу яблоко. Явно не работа великого умельца, но и базарной дешевкой никак не назовешь. Годное оружие, легкое и удобное, будто нарочно выкованное для ребенка.

— Обычно я дарю подарки девушкам постарше, — улыбнулся охотник. — И по иному поводу. Но тут я действительно виноват и не хочу портить отношения. Нутро подсказывает, с тобой лучше дружить.

— Вот же бестолочь! — рассердился аскет. — Неумехе настоящий меч додумался подарить! Она ж сама себя им и порежет!

— Ты меня за дурака не держи, — набычился в ответ Виверна. — Лезвие тупое. — И чуть тише добавил: — Прямо как некоторые.

В доказательство он поелозил большим пальцем по клинку без каких-либо последствий.

— Для упражнений и купил. А как научится — сама и заточит. Все продумано, — Виктор постучал себя пальцем по виску, но Андрей лишь закатил глаза и покачал головой. — В общем, прости меня за вчерашнее.

Вера кивнула, сунула подарок в поясную петлю, а деревянный меч протянула охотнику.

— О, это мне? Спасибо, повешу на стенку с трофеями.

— Хоть что-то будет там висеть, — проворчал странник. — Идем, девочка, солнце уже высоко.

— А можно приезжать в гости? — бросил вслед Виверна.

— Врата крепости всегда открыты для страждущих. То есть, не для тебя.

— Да брось! Разве может праведник запретить навещать друга?

— Может. Уже запретил.

— Ну хотя бы раз в год… О, придумал! На день рождения! Это святейший праздник, ты не посмеешь испортить его. Когда Вера родилась?

— В августе.

— А число?

— Сложно сказать, свечу не держал.

Девочка повернулась и показала раскрытую ладонь.

— Пятого? Отлично, всего-то пару месяцев осталось подождать.

— Уймись уже…

— Вас точно провожать не надо?

— Просто уйди.

— Ладно, ладно. Удачного пути и все такое…

Спутники, в кой-то веки отвязавшись от назойливого товарища, пошли вдоль городской стены в западном направлении. Час спустя они добрались до подножья Защитной гряды — протянувшейся на сотни верст горной цепи, отделяющей Ладин от Тура. Благодаря острым скалам и крутым вершинам, южные кочевники до сих пор не завоевали княжество, и именно на одном из ее плато и стояла обитель Пламенных Сердец.

К крепости вела узкая горная дорога, идущая высоко над деревьями, с которой открывался потрясающий вид на бескрайнее зеленое море. Никогда прежде Вера, родившаяся и выросшая посреди дубравы, не видела столь великого ярко-голубого неба с тучными стадами косматых белых облаков. Картина завораживала, кружила голову, девочка шла с приоткрытым ртом, вытаращенными глазами и не глядя под ноги, отчего постоянно спотыкалась. Андрею пришлось отойти подальше от края дороги и крепче сжать ладошку спутницы.

— Не серчай на него, — сказал он. — Виверна не всегда вел себя… так. В охотники от счастливой жизни не подаются, сама понимаешь. Он — единственный сын княжеской сотни и вместо яслей попал в воинский дом, иной судьбы и быть не могло. Его обучили драться так, как не умеет ни один воин Ярланда, про соседей и вовсе молчу. Он превзошел всех своих одногодок, добился большого успеха, целый год отслужил в стольном граде. А потом нашел отца и мать мертвыми в собственном доме… Ходят слухи — дело рук ведьмы. Подробностей, увы, не знаю, Виктор никогда сам об этом не рассказывал. После такого люди меняются раз и навсегда и ничего тут не попишешь… Кстати, где там наш хвостатый попутчик. Рохля, покажись!