Анастасия Гофман - Печать силы

Острое чувство вины кольнуло в области сердца, но тут же пропало, подавленное силой воли.

Кто-то пытался открыть дверь с обратной стороны – замочная скважина позвякивала, отзываясь на попытки ключа повернуть механизм замка. Через несколько секунд Вилена ощутила на себе пристальный взгляд вошедшего. Его сердце билось глухо, но достаточно сильно, чтобы девушка почувствовала это биение. Холодная энергия, мягкая и воздушная, словно облако, окутала ее тело, а последовавшая за ним острая волна накрыла Вилену воспоминаниями. Все теми же надеждами, от которых давно не осталось и следа.

– Твоих родителей нет в списках заключенных, – голос парня слегка дрогнул на первом слове, но тут же стал уверенным и сильным. Паша подошел сзади, остановившись в нескольких сантиметрах от напарницы. Ее волосы красиво отливали бронзовым блеском в мутном свете окна. Парень сам не заметил, как залюбовался ими.

– Я знаю. Они ведь невиновны, я же сказала. Все это было лишь частью игры, о которой ты не желаешь знать. Так что не вижу смысла посвящать тебя в это.

– Просто скажи, с ними все в порядке?

Вилена резко обернулась, глядя прямо в глаза парня. Все те же черты лица и тот же синий взгляд, в котором скрывались и презрение, и сочувствие, и радость одновременно, вспышкой пробудили яркие воспоминания.

– Это не должно тебя волновать, как и все остальное, что тебя никогда не волновало. Как тебе такой ответ?

– Ты стала еще грубее, чем раньше.

Девушка молча продолжила собирать вещи. Спортивная сумка, все это время ожидавшая своего часа под кроватью, покрылась слоем пыли и паутиной. Одежда, убранная в комод, принесенный Марком специально для Вилены, лежала в том же порядке, в котором Вилена некогда ее сложила.

– Ты не против? Я занял твою комнату.

– Меня это мало волнует, – Вилена забросила сумку на плечо и уверенными шагами направилась к выходу.

– Так это правда? Ты уйдешь?

– Не думала, что это имеет хоть какое-то значение, – она невесело ухмыльнулась, отталкивая Пашу в сторону. Он преградил ей путь вновь. – Слушай, перестань разыгрывать сцены долгожданной встречи и всего прочего, ты всадил в меня нож всего десять минут назад.

– Я не хотел этого делать, просто…

– Что просто? Конечно, убивать людей в ШЭИзе – обычное дело. Я знаю, я ведь тоже так поступала! – Вилена отстранилась, когда Паша попытался ухватиться за ее ладонь.

– Ты взбесила меня своими словами, – парень сжал кулаки, скрывая неловкость. – Я не понимал, что творю…

– Хорошее оправдание… Пока.

– Какого черта?! Зачем я вообще тогда стремился освободить тебя?!

– Мы, кажется, выяснили, что меня не нужно было освобождать! – Девушка еле сдержалась, чтобы не ударить друга. Пальцы рук сжались в кулаки, готовые в любую минуту нанести удар. Тем более что Вилена безумно хотела кого-то ударить, причинить боль, эквивалентную ее собственной. Паша опустил взгляд: одежда девчонки багровела застывшей кровью, руки были грязными и едва заметно дрожали. – Не нужно ничего говорить. Это все больше не имеет значения.

Ее голос предательски дрогнул на полуслове, глаза заблестели от слез.

– Вилен, – вновь произносить это имя без стеснения и злобы было очень странно. Паша практически пропел его мягким спокойным тоном. – Ты не представляешь, какие чудовищные мысли посещали меня в твое отсутствие. Я так боялся за тебя… Я думал, что он тебя… извратил.

Он чуть потянулся навстречу девушке, желая заключить ее в объятия, но не успел.

– И вместо того, чтобы помочь, ты решил от меня избавиться? – Она резко отстранилась.

– Я думал, что ты пришла погубить всех нас. А я несу ответственность за каждое твое действие, я ведь твой наставник, забыла?

Он говорил теперь очень тихо, все еще желая достучаться до Вилены. Но выражение ее лица все так же сохраняло отстраненность. Девушка скрестила руки на груди, на коже появились неприятные мурашки.

– Вилен, не уходи.

Девушка взглянула в его глаза, наполненные холодной синей печалью. Паша коснулся пальцами ее щеки, вытирая одинокие слезинки на бархатистой коже, залитой румянцем.

Вилена чуть подалась вперед, парень почти улыбнулся, считая, что они думают об одном и том же, но:

– У меня для тебя подарок.

– Какой?

– Я могу лишить тебя необходимости ненавидеть твоего отца.

– Что ты имеешь в виду?

Вилена не стала ничего объяснять. Она положила руки на плечо Паши, правой ладонью накрыв татуировку-лабиринт на его лопатке. Крошечные щупальца вырвались из-под ее кожи, высасывая силу, запечатанную когда-то Адамом внутри тела ребенка. Ту самую, которая превратила маленького мальчика в озлобленного взрослого, позабывшего, что такое искренняя радость и спокойствие. Из-за которой каждое утро начиналось с боли, а вечер мог стать последним, ведь эта энергия была чужеродна, она поедала тело Паши изнутри, делая его слабым всякий раз, когда не находила другой источник силы.