Анастасия Гофман - Печать силы

День был пронизан солнечным светом, который нес с собой только холод и отчаяние. Природа больше не дарила жителям города того умиротворения, что раньше. Вся округа замерла в ожидании последствий или продолжения. Весть о смерти Владимира разнеслась со скоростью пули. Люди радовались и горевали из страха отмщения. Никто из них не ведал правды. Все просто боялись.

Каждый из этих людей мнил себя частью этих событий, повинуясь зову собственного эгоцентризма. Только ни Вилене, ни кому бы то ни было еще не было дела до их существования. Все это выглядело так же нелепо, как если бы на сцене в театре вдруг начали играть декорации: все эти картонные деревья и фасады пустых домов. Они всего лишь создают фон, актерам до них дела нет. Но знают ли они, все эти вещи, о своей незначимости?

По большому счету их могло и вовсе не быть. Всю эту «жизнь» можно разыграть в пустоте, без яркости тех красок, которые несут с собой декорации. Им только кажется, что роль, предписанная каждому из них, столь огромна, что стоит даже их существования. Наверное, каждый человек для кого-то всего лишь декорация.

Окна в городе были заперты, как и в тот момент, когда Вилена покидала его. Улицы были пустынны и тихи, не было ни птиц, ни насекомых. Холода пришли в эти края слишком стремительно, словно тоже подгоняемые животным страхом. Девушка медленно двигалась вдоль аллеи, пересекая улицу за улицей. Приятные ассоциации всплывали в ее сознании одна за другой. Но они не могли достучаться до сердца, скрытого и, казалось, совсем ненужного.

Силы наполнили каждую клеточку тела, превратив их в непроницаемый щит чистейшей энергии. Вилена не ощущала в себе того человека, которым когда-то была. Все стало слишком незначительным. И только желание поставить точку билось внутри, не давая покоя.

Чужие разговоры доносились шепотом, не отражаясь в воздухе, а проходя прямо в мысли Вилены. Полные страха и предвкушения, мнимой гордости и надменности, они окружали девушку, открывая свои замыслы.

Остановившись прямо у фигурных железных ворот, Вилена окинула школу взглядом. Даже в первый раз, когда она увидела это место, ее впечатления были не так ярки. Они были приправлены страхом и неуверенностью. Теперь же, как только все эти чувства потеряли свое значение, перед глазами Вилены предстала истинная красота и величественность этого места. Камень к камню, витражи, острые пики на вершинах крыши, – все было наполнено глубоким смыслом и значением для того, кто создал это необыкновенное место.

Девушка поняла, почему Адам выбрал именно его. Здесь чувствовалась сила. Она собиралась со всей прилегающей территории, устремлялась ввысь, моля о том, чтобы ее забрали, присвоили. Чтобы ей подарили жизнь .

И Адам знал об этом. Бог знает, сколько раз он использовал всю эту мощь, чтобы удовлетворить свои желания. Эта же энергия наложила отпечаток на его сына, дала возможность сделать его своим рабом. Теперь все это было очевидным.

– Эй! Это она! – Какой-то мужчина указал в сторону непрошеной гостьи.

Вилена пристально посмотрела на него: он был невысок ростом и широк в плечах. Волосы уже покрылись тенью седины, но это напоминало лишь о приближении его конца, а не о мудрости, которую он так отчаянно пытался в себе отыскать. Девушка совсем не испугалась, ни один мускул не дрогнул на ее лице, когда тот мужчина бросил в ее сторону вязкую невидимую субстанцию-ловушку. Впрочем, она не достигла цели, угодив в так удачно подбежавшего стража. Вилена даже не осознала, что сделала это сама. Все казалось лишь стечением обстоятельств.

Был ли хоть какой-то смысл бороться с этими не ведающими правды людьми? Едва ли. Вилена его не видела. Из ее тела вырвалась мощная волна, отшвырнувшая надоедливую прислугу Паши по сторонам. Шесть человек теперь корчились на холодной плитке, устилавшей собой землю. Никто их них не поднялся на ноги.

Вот, как выглядела Вилена в тот момент, когда решила, что сможет бороться с Владимиром на равных. Как надоедливая мушка, совершенно безвредная и бесполезная.

Внутри здания слышался шум: кто-то бежал по коридору, выглядывая в окно. Эти глаза сверкали в темноте ненавистью и предвкушением, они смотрели на Вилену, как на подарок судьбы. Улыбка, приправленная усмешкой, презрением, надменностью и нетерпением, не покидала его губ. Не нужно было даже гадать, кому она принадлежала. И все же глубоко в душе девушки появился странный, неожиданный для нее трепет.