Ольга Антер - Грань реального

Девушка осеклась, испуганно хватая ртом воздух. Угрожать могущественному магу, будучи запертой в его кабинете… Ой, мамочки, только бы выбраться отсюда!

– Это просто смешно, – Эвин почему-то ничуть не рассердился и искренне рассмеялся, глядя на нее. – Лана… Лана с полным пониманием относится к изменяющим. С ней проблем не будет.

– Угу…

Аори решила более не спорить и со всем соглашаться. Чтобы поговорить с Баго, нужно, как минимум, до нее добраться… А если Эвин решит изобразить новое нападение Мэя? Избавиться от них двоих разом?

А ведь он смог преодолеть заклятье патриарха, и куда быстрее, чем сам раньше обещал. И взять майда под полный контроль изменяющему ничего не стоит, как и любого другого человека…

– Проблемы с Ланой либо отсутствуют, либо очень быстро приходят к своему завершению, причем довольно часто в связи с искоренением второй стороны конфликта. Которой для Баго являются майды, а не моя помощь. И, раз уж хочешь убедиться в этом сама, я тебя более не держу. Всего хорошего.

Хитроумный замок щелкнул, повинуясь жесту мага, и Аори, так и не переставшая нажимать ручку, чуть ли не кубарем вылетела за распахнувшуюся створку двери.

Эвин задумчиво посмотрел вслед поспешно, чуть ли не бегом удалившейся девушке, и поднялся. Он даже собственноручно закрыл дверь, проследив, чтобы поблизости не оказалось других изменяющих. То, что маг обязан был немедленно сообщить Главе Арканиума, было строгой тайной.

Девочка из другого мира. Нет, из других миров…

Надо же.

– Так, и что ты хочешь от меня?

Высокий, плотно сложенный черноволосый мужчина изучающе посмотрел на сжавшую руки в замок девушку. Он выслушал сбивчивый рассказ, не перебив даже словом, но уже первый вопрос поставил Аори в тупик.

– То есть – что? Это нормально, вот так вот влезать в чужую память?

– Вполне.

Аори приоткрыла рот в немом изумлении, словно мутировавшая до неправильных размеров рыбка. Если взять подрощенного сомика, например… Хотя, он толстоват, не влезет в симпатичную форму Баго. Неплохо они ее переделали, подчеркивает даже слабо выраженные девичьи прелести Аори. А на фигуристой Лане так и вовсе обтягивает тяжелые полушария грудей, которые так приятно…

Песьи демоны, Тройн, куда опять едут твои мысли?

– Прости, задумался. О чем это мы? Ах, да. Повторю, для изменяющих посмотреть память обычного человека – такое же обычное явление. Тем более, что это не считывание каких-либо секретных данных, а всего лишь… хм… взгляд на мир чужими глазами. С какой-то стороны, это – доверие. Конечно, это кажется тебе достаточно интимным, но воспринимай Эвина как врача. Он может осматривать то, что ты доверила бы лишь самому дорогому человеку, но не с целью воспользоваться тобой или осудить. Ты говоришь, что хотела помочь Меатину, и Эвин был обязан убедиться, что майд тобой, как минимум, не манипулирует. Что ты сама веришь в то, что говоришь. Э… Аори?

Физиономия девушки на середине объяснения приобрела странный оттенок, ставший совсем ярким ближе к завершению. Тройну даже на миг показалось, что он физически ощущает исходящий от собеседницы стыдливый жар, хотя вроде бы он ничего, могущего спровоцировать такую реакцию, не сказал.

Или… Ох. Хорошо, что она не пошла к Лане.

– Правильно сделала, что не пошла с этим к Лане, – озвучил Тройн свою последнюю мысль, преувеличенно внимательно разглядывая сложный узор тканого ковра, чтобы не покраснеть самому. – Кстати, почему?

– Я хотела, – откашлявшись, объяснила Аори. – Ее не было на месте. Лексаз, правда, что этой ночью ожидают атаку?

– К сожалению. К ней надо подготовиться, причем так, чтобы майды ничего не заподозрили. Изменяющие смогут начать действовать лишь тогда, когда Найтир нанесет первый удар. Который предстоит выдержать роду Баго. И защитить всех жителей Альдрии.

– Лучше бы их эвакуировали.

– На сколько? Навсегда? Если не уничтожить угрозу сейчас, майды затаятся и нанесут удар тогда, когда мы его не будем ожидать. А Баго нужны в столице. В общем, Лане уж точно не до детских обид.

– Я не ребенок!

– Вот-вот. Именно таких.

Самодовольно поправив воротник, Тройн чуть склонил голову, ненавязчиво наблюдая за собеседницей.

– Ну и ладно, – надулась девушка. – Пусть детские. Если бы мне сначала объясняли, может, я бы воспринимала это иначе.

– Объясняли очевидное?

– Кому очевидное, кому нет. У меня не было возможности вырасти с пониманием того, что «врач» сам может решить, когда надо поколупаться внутри. И да, кстати! Врачи, когда я к ним прихожу, помогают мне, а не себе. А когда просишь о помощи… Гордость часто теряется, правда?