Елена Сидоренко - (Не)люди (СИ)

— Куу, — Немо, спрыгнув, подергал Куда за штанину и что-то промычал. Тот опустил взгляд и строго потребовал:

— Скажи внятно, чего ты хочешь?

Немо снова начал мычать. Куд говорил одно и то же, малыш чего-то хотел, но не получал желаемого. Очень скоро он захныкал, а потом и вовсе упал на грязный коврик у порога и показательно разревелся. Куд стоял на своем и даже бровью не повел. Нина, наблюдая за поведением обоих, вздохнула, в который раз удивляясь, насколько холодным может быть Куд по отношению к Немо. Насколько жестокой может быть его строгость.

— Да не скажет он. Он не говорит еще, ты же знаешь.

— Все нормальные дети в четыре года говорят!

— Но он не «все нормальные дети». Дай ему время, — она одарила друга выразительным взглядом и, опустившись перед Немо на корточки, начала уговаривать его подняться. Она была мягкой и заботливой — полной противоположностью Куда. Она понимала, что Немо умственно и психически отсталый, но не знала, когда удастся это преодолеть.

— Оставь! Ты его балуешь. Если сильно чего-то захочет — озвучит, а потакать ему не надо. А ну поднялся! Быстро! — И Куд, разозлившись, грубо встряхнул малыша, а потом и вовсе дал ему подзатыльник. Немо, получив по голове стальной рукой, скривился и заплакал во весь голос. Нина ударила Куда и начала ругаться с ним. В этот момент в дверь позвонили, и на пороге появился пожилой полный мужчина с забранными в куцый хвостик седыми волосами и тростью в руках.

— Опять? — он поймал метнувшегося к нему малыша и поднял на руки. — Сколько раз тебе говорить, чтобы ты не издевался над ребенком! Иди ко мне, Немо, дед тебе поможет. Что ты хочешь, малыш? Я тебе шоколадку принес, держи.

— Папа-Джо, и ты туда же! Не балуй его, он только перед выходом поел!

— Замолчи! — Джонатан тряхнул головой и сердито свел брови. — Нина, тебе определенно надо научить его нормально обращаться с детьми! Юко, прекрати делать вид, что ты мебель!

Юко никак не отреагировал: он всегда делал вид, что его тут нет, когда Куд начинал воспитывать Немо, а Нина — Куда. Девушка надулась:

— Да я пытаюсь! Не знаю только, в кого он такой упертый и требовательный.

«А я знаю», — подумал Джонатан, но ничего не сказал. Он начал спускаться по лестнице с Немо на руках и опираться на перила. Голова немного кружилась от тяжести, а спустя три пролета и вовсе началась отдышка.

— Так, слезь с деда, он устал, — скомандовал Куд, и Немо, побоявшись еще одного подзатыльника, быстро отошел от Джонатана, которого тут же подхватили с двух сторон Куд и Юко. Мужчина раздраженно отмахнулся

— А ну! Я не настолько стар и немощен!

— Тебе шестьдесят два, — сухо заметил Куд и получил в ответ тростью по колену.

Ивэй, в машине забравшая Немо на переднее сидение, всю дорогу до взлетной полосы за горой отчитывала Куда и Нину. Первого за методы воспитания, а вторую — за то, что недостаточно следит за первым. Не-люди как дети оправдывались, спорили и постоянно твердили «Ну мама!» и «Ивэй, черт возьми!», и Юко, зажатый между ними, делал музыку в наушниках все громче и тихо радовался, что его отец был немым, сколько он себя помнил.

Когда Ферреты-старшие вместе с толпой провожающих наблюдали, как люди и не-люди взбираются на трап небольшого самолета, Джонатан, увидев, что Куд опять встряхнул Немо за что-то, вздохнул.

— Все-таки ты была права, — он обернулся к жене и, понизив голос, чтобы только она его услышала и поняла, на родном языке, который они все почти позабыли, сказал: — Он дико похож на нее.

— Поэтому я была против, — тихо ответила Ивэй до того, как заревели двигатели и стало ужасно шумно. Самолет тронулся и мягко пошел на взлет, унося три сотни жителей Юсты в большой враждебный для них мир. Толпа стариков и молодых долго смотрела на тающую в небе белую полосу и стала расходиться лишь тогда, когда она исчезла. Все тихо молились, чтобы не-люди, ставшие им почти родными, вернулись в целости и сохранности, а люди, отдавшие свою жизнь за большую мечту, встретили тех, кого когда-то оставили.

— У меня ноги устали, Джо, поехали домой… — Ивэй потопталась на месте и пошла прочь одной из первых. Мужчина поспешил за ней. — А насчет Куда — его уже не перевоспитаешь. Он будет жестоким отцом для этого ребенка. Очень жестоким. Благо, он не избивает Немо, как Хельга его в детстве.

— Он себя контролирует получше Хельги. Возможно, он до сих пор помнит, что натерпелся от матери, и не хочет стать таким же.

— Кто знает… Возможно, он уже стал таким же, хоть и не отдает себе в этом отчета. С одной лишь разницей: к счастью для Немо, у Куда все в порядке с головой.