Соломон Фенрир - Матрица постапокалипсиса

Клыдень, за миг до этого профессионально перекрутив авоську в жгут и удавкой набросив её на шею Бармалиона, продолжал давить. Уронив тело жертвы на задницу, уперся ногой в спину и что есть силы давил, разводя руки в разные стороны. Сообщение о полученной единице силы пришло одновременно со смертью Бармалиона. Тело жертвы внезапно стало холодным как лёд, кожа приобрела синий оттенок, затем уже мёртвый Бармалион окутался непонятной сероватой дымкой и тут же распался на мельчайшие, практически невидимые глазу точки.

– Уф, отбегался. – Клыдень вытер пот со лба. – Недолго музыка играла, недолго фраер танцевал.

Внезапно за спиной кто-то кашлянул, Клыдень резко обернулся и увидел Бармалиона, абсолютно голого и с ошалелыми глазами.

– Вы кто? И что здесь происходит? – уставился Бармалион на Клыденя.

– Воскрес значит фраерок, ну иди сюда, ща я тебе сказку расскажу. – Клыдень подхватил посох и двинулся на Бармалиона.

Поняв, что его сейчас будут толи бить и калечить, толи совсем убивать и не имея при этом абсолютно никакого представления о том, кто он, где оказался и что вокруг происходит, Бармалион принял единственно разумное решение – доверился коренящемуся в рептильном мозгу инстинкту, который диктовал одну единственную команду «Бежать». И Бармалион побежал. Побежал что есть мочи, открыв "второе дыхание" и задействовав скрытые резервы цифрового организма. Побежал так, что практически одновременно получил 2 единицы к ловкости, что сразу увеличило скорость движения на 1 километр в час. Правда из-за превышения установленной текущим уровнем ловкости скорости бега в 1,5 раза бодрость стала уменьшаться с такой же скоростью и очень скоро Бармалион свалился без сил.

Клыдень преследовать жертву не стал. Увидев, как засверкали пятки Бармалиона, он первым делом потянулся к его сумке, вытряхнув оттуда всё содержимое. Заприметив выкидной нож глаза Клыденя блеснули. Хищно блеснули, не по-людски. А руки тут же метнулись к находке и сжали в потных от возбуждения ладонях. Понажимав на кнопку выкидного механизма и убедившись, что лезвие вылетает практически мгновенно, Клыдень удовлетворенно хмыкнул и продолжил мародерку. Молоток ему понравился, рукоятка удобная, ударная часть тяжелая, а раздвоенным выступом-зубцом хорошо бить в висок. Лупа, мыло, антирадин и паракорд должного интереса не вызвали. Клыдень понимал, что штуки нужные, но для его текущих надобностей пока бесполезные – убить ими не убьешь.

Покончив с вещами, Клыдень приступил к "инвентаризации" одежды незадачливого экс-мага. Сбросив уродские брезентовые башмаки с деревянной подмёткой и деревянным каблуком, которые солдаты носили в Первую Мировую и из-за которых ему пришлось заклеивать ступни "удачно" оказавшимся в стартовом пакете пластырем, Клыдень натянул на себя штаны и сапоги Бармалиона. На удивление сапоги и штаны оказались впору. Или размеры с Бармалионом у них были одинаковые, или цифровая механика обеспечивала автоматический подгон под нового владельца. Посмотрев на обнову Клыдень почувствовал себя человеком.

– Ну чего там у него? – это немного очнулся Амаяк. Бодрости ему хватило только на то, чтобы немного приподняться на руках и обратиться к Клыденю.

– Ща покажу, как увидишь – охуеешь.

– Кефиру дай, а то я совсем никакой, встать не могу.

– Кефиру говоришь. – Клыдень переместился к Амаяку, сел перед ним на корточки, посмотрел долгим взглядом от которого у Амаяка зашевелились волосы на макушке, ласково взял левой рукой за затылок и коротким резким ударом правой загнал выкидуху по рукоять в горло. Вытащил, левой рукой за волосы откинул голову Амаяка назад и медленно, наслаждаясь процессом перерезал тому горло. Пульсирующей струей ударила кровь, окропив штаны и сапоги Клыденя, но тот как будто не замечал. Бросив тело на землю, он внимательно наблюдал за агонией Амаяка. Агония длилась недолго. Скоро с телом незадачливого компаньона произошла та же история, что и до этого с телом Бармалиона – оно исчезло, оставив все имевшиеся вещи: никудышные шмотки, часы и планшет в котором лежал канцелярский нож, 3 английских булавки, небольшой рулон алюминиевой фольги.

– Вот и кончился мажорчик, здесь тебе не Ницца. – Клыдень хотел вытереть нож об землю, но с удивлением заметил, что крови нет. Она испарилась вместе с телом Амаяка.

Содержимое планшета и своей авоськи Клыдень переложил в сумку от Бармалиона, часы нацепил на руку. Затем отвязал от посоха и надел рубаху, потом облачился в робу, перебросил через плечо сумку с планшетом так, что ремни скрестились на груди крестом, сунул в карман выкидушку, взял посох и пошёл в обратный путь. С холма он заметил несколько фигурок вдалеке. Каждая фигурка – это стартовый пакет. А стартовый пакет – это добро, которое ему нужно. И ещё ему нужна жратва. Остаток кефира с батоном на один перекус, а нужно больше. Значит придётся охотиться. На других двуногих..