Юрий Москаленко - Неуловимый

— Я никому и ничего! — вскричала она. Коля тоже спокойно покачал головой. Понятно. Но ты-то, засранец, зачем мне тут бунт решил сварганить.

Я перевёл взгляд на пацанёнка.

Видно, что боится, но и гонор свой мне тут не прочь показать. А может так…

— Значит так, слушай сюда! — я посмотрел ему в глаза. — Ещё одно неповиновение, и твоя мумия навеки останется пугать прохожих в этом овражке.

Я быстро крикнул мысленно ушастой:

— Лечи!

А сам пустил направленный удар страхом, которому меня в своё время научили линчи, а Ява довела это умение до совершенства.

Результат превзошёл все ожидания!

Точно светлый, сука, и что-то мне говорит, что он… эльф!

Да не может быть!

Но его реакция говорила за него сама.

Удар тёмным плетением и всю его злость и вредность с лица словно ветром сдуло. В глазах ужас, паника, из горла идут звуки напоминающие икание и… засранец!

В прямом смысле засранец!

А вот мне явно нехорошо. Молниеносно пройдя защиту артефакта плетением, я и себя привёл в нетраспортабельное состояние. А ведь у меня начинается…

Что-то страшное шевелится у меня в сознании. Словно я что-то страшное пробудил своим быстрым применением тёмного искусства.

Нет!

На пальце левой руки горел перстень, переливаясь разноцветными камешками, и, если все на мою руку и не пялились вовсе, а смотрели на мальца, то вот он…

А ведь он понял, что это. Вон, как у него глаза из орбит от страха повылазили, вот-вот лопнут! Ой, как интресно-то. Откуда ты, болезный, знать можешь, что это у меня на руке появилось, но нет времени, надо прятать, похоже, что я сегодня с воспитанием немного переборщил.

— На колени! — прохрипел я.

Не знаю как кто, но малец, буквально, перекатившись из неудобного положения в котором был, припал к земле головой, стоя на коленях перед моими ногами.

А мне-то хреново, господа! И чувствую ещё немного и силы меня покинут.

Взгляд на ушастую и команда Коле.

— Следи за идиотом и за своей ненаглядной!

И отрубился от потери сил.

***

Я очнулся. Появились звуки.

Скрипят колёса, а я, похоже, нахожусь под тентом. Рядом слышен тихий приглушённый разговор. У нас в гостях, явно, опять Ушер обосновался.

Не понял, он же начальник всех наёмников, а у нас телега должна в конце каравана двигаться… Не проконтролировал. Интересно, а как долго я отсутствовал?

— И что барон? — тихо спросил Поп.

— Молодцом держался. — хмыкнул Ушер. — Хотя на церемонии и людей-то не было почти. Я, купец, его побратимы, дворецкий и больше никого. С её стороны только эта парочка и была. Но девушка видно, что радостная была. Барон хитёр, как ни смотрели ночью за апартаментами баронессы, всё-таки как-то к ней пробрался. Но, слава богам, до сокровенного, наверное, не дошло. Ведь можно дать гарантию, что, если бы что-то пошло не так, старшая баронесса всех бы на ноль помножила. У неё, оказывается, не заржавеет:

всех преступников в баронстве она лично казнит. И девчонка от неё недалеко ушла. Вот же дал бог жену барону. Но ничего, говорят, что счастливо живут.

— А что столица? Как-они-то там отреагировали на такие известия?

Ушер опять хмыкнул.

— Сам понимаешь, никто у нас тут ничего толком не знает. Но раз разрешение дано, да ещё самой герцогиней…

— А как же родители ребят? — не понял Поп.

— А вот чего не знаю, того не знаю. Теперь их судьба в руках правителей герцогства. И приданое тоже они дают, а потому…

— Новый род? — сделал предположение наш возница.

— Очень похоже на то. Причём прямой патронаж от Великого герцога, а это обязывает.

— Опять какие-то игры. — возмутился Поп. — Ведь всё и так ясно. Ну, полюбили дети друг друга, чего такие тайны вокруг помолвки наводить. Намерения высказали и всё. Живите, когда можно будет, и союзы заключайте, а тут…

— Тут ты, конечно, прав. — под скрип колёс и болтанку телеги из-за попадающихся ям на дороге ответил Ушер. — Но видно есть какая-то возможность образовать род. Понимаешь, род! Ведь девчонка Варга, а если мальчик родится?

— Да ну! — испуганно прошептал Поп. — Тут ведь такое начнётся! Тут и земли ушастых не так далеко.

— Вот и я про что. Но тогда можно было бы и на Великое герцогство Ергонии попробовать рот раскрыть.

— А оно-то тут причём? — не понял Поп.

Ушер громко зевнул.

— Не выспался сегодня. А Ергония… Во-первых, тёмные, во-вторых, там и только там остатки варг остались, а в-третьих — святой порог. Ведь в древности именно они были основными гонителями зубастых красавиц, и именно они были инициаторами полного уничтожения народа, полного. А мужики… Ведь варги, рождающиеся от мужчин не их крови, полноценными хранителями тьмы быть не могут. Многие об этом уже и забыть успели. Ведь не зря их тёмными раньше все называли, хотя они-то как раз некромантией или демонологией не занимались, но всё равно пастыри именно их главной напастью тёмного мира считают. И до сих пор так считают.