Дмитрий Родин - Князь Барбашев

- Кто?

- Я, Марфа, - так же тихо ответил Иван. - С гостем на огонёк заглянул.

Щёлкнула щеколда и калитка без скрипа отворилась. В холодном, послезакатном свете в открывшемся проёме вырисовался силуэт миниатюрной женщины, судя по всему бывшей хозяйкой в этом доме. Пропустив княжичей внутрь, она закрыла калитку и только после этого обняла Ивана.

- А мы уже заждались. Уля уже и детей уложила и на стол собрала. Ну да идёмте в дом, чего на пороге стоять.

Она плавно пошагала по мощёной раскроенными пополам плахами дорожке, а Андрей придержал брата за рукав.

- И как это всё понять?

- Ну, ты же мечтал как его там, спрыснуть. Вот и посидим. А Ульяна второй год, как вдова. Нужно ж бабе мужское внимание. Аль про грех прелюбодеяния молвишь?

Мда, вот те раз, подумал Штирлиц. Чего чего, но такого он от братца Иванушки точно не ожидал. Всё же правду говорят - годы идут, а люди не меняются.

- Ну тебя, Ванька. Как говориться: "не согрешишь - не покаешься, а не покаешься - не спасёшься".

- Ого, хорошо сказано, брат. Ну, пошли, не стоит хозяек ждать заставлять.

В общем, хорошо они посидели. До утра. Пока ночные сторожа решётки не растащили. А затем, забрав коней из кабацкой конюшни, вернулись домой. Андрей ещё спросил, чего они верхом в гости не заехали, на что Иван, опустив глаза, признался, что не желает быть виновником пошлых сплетен. Верховой на тех улочках явление редкое, вот он и рядиться. Андрей только усмехнулся: верно, государь Василий Иванович человек своеобразный, ни шуму пьяного, ни прелюбодейства не терпит - донеси кто и всё, прощай карьера. Ну да не судите и не судимы будете. Да и Ульяна-вдовушка Андрею понравилась. Недаром же он всю обратную дорогу приметные ориентиры запоминал.

На их счастье, Михаила дома уже не было, укатил в Кремль, а то пришлось бы выслушивать очередную проповедь о неподобающем поведении. Все же с Иваном было проще, да и общий язык они нашли быстро. Может от того, что Иван не так сильно старше был, а может от того, что характером он отличался от остальных братьев, а вот Андрею подошёл в самый раз. Но если честно, ему было всё равно, по какой причине они так хорошо сошлись, главное - отношения с братом стали действительно братскими.

А через пару дней Михаил принёс весть, что старец Вассиан ждёт молодого охламона (ну не отошёл ещё братишка, что с него возьмёшь) в Симоновом монастыре, том, где ныне и пребывал сам преподобный недалеко, так сказать, от властных структур.

К этой встрече Андрей готовился долго, ибо от её результатов зависело многое. Ведь главной целью беседы было не поговорить о книгопечатании, а донести до умного и рассудительного человека своё знание будущего, да при этом не выдав главной своей тайны.

Впрочем, рецепт был давно описан в литературе, но одно дело читать и другое самому попробовать. Но и молчать мочи больше не было. В конце концов, одному ему всё не потянуть, так пускай часть работы берут на себя те, кому это больше надобно.

Старец Вассиан ждал его в келье, которая оказалась довольно узкой и с низкими сводами, так что здорово вымахавшему за последнее время Андрею пришлось нагибаться, чтобы не ушибить голову.

Внутри кельи было прохладно и чуть темновато. Зато свет лампадки, горевшей у икон, казался оттого очень ярким. Перекрестившись на них, княжич перевёл взгляд на преподобного, который оказался довольно представительным и крепким ещё на вид стариком. Поседевшая от прошедших лет и невзгод борода резко оттеняла чёрную рясу, а небольшие, чуть косящие глаза старца пытливо всматривались в гостя, словно стараясь проникнуть сквозь телесную оболочку и что-то прочесть прямо в его душе. Даже на расстоянии Андрей буквально кожей почувствовал силу, прущую от него. "Да, силён старик, - мелькнула мысль. - С таким ухо нужно держать востро".

- Игумен Иуавелий отписал мне о твой просьбе, отрок, - голос у Вассиана был тих, но Андрей ни на минуту не усомнился, что добавить лишних децибелов тому не составит большого труда. - Мысль твоя мне понятна и приятна, да и с архиепископом Геннадием - тут Вассиан, а за ним и Андрей, перекрестился, - мы о том баяли не раз, да вот веры иноземцам в том боле нет, пробовали уже, али сам ты ту махину делать будешь?

- Нет, отче, сам не смогу, тут мудрый розмысл нужен. Придётся всё же по первой иноземцев брать. А лучше купить уже готовый стан, да привезя на Русь разобрать. Неужто наши-то розмыслы иноземную хитрость разгадать не смогут? Тут ведь, вот какое дело...