Дмитрий Родин - Князь Барбашев

Дом ставить - дело нехитрое, коли знаешь как. Бережические мужики знали, чай не первый дом ладили.

В первый день ровняли землю, чтоб изба ровно стояла, срывая лишнюю деревянными лопатами, потом уплотняли её насколько могли, да укладывали принесенные каменюки под углы будущего дома. Так сказать, ставили фундамент. Успели и первый венец связать, обозначив контур будущего жилища.

На следующий день работа продолжилась.

Чтобы сделать дом теплым, закрыть все щели и уплотнить бревна, на поверхность каждого следующего бревна сыновья Прокла клали обыкновенный лесной мох, который, при усадке деревянного дома, прижимался так сильно, что вовсе закрывал все сквозные отверстия. Работа спорилась, захватывая людей. Даже Яким, хмурый от того, что свою клеть так и не доделал, хотя и осталось то всего ничего, отошёл и на второй день уже смеялся немудрёным шуткам товарищей. Так и довели избу под крышу, которую и закрыли вязками соломы, хорошо защищавшими дом и от дождя и от снега. Ладная вышла изба с двумя (подумать только) большими окошками, которые по первости затянули бычьим пузырем. Если с чем и пришлось повозиться, так это с печкой. Барин никак не желал дымного страдания терпеть, и пришлось ложить печь по белому, благо в соседних Дежовках отыскался таки умелец, ставивший такие печи по всей округе. Это, правда вновь стоило денег, но Андрей, скрипя сердце, и под дикий крик грудного земноводного, всё же расстался с ними - дышать печным дымом и вскакивать с утра, когда домработница примется еду готовить ему совсем не улыбалось.

Впрочем, как строиться его собственное жилье, Андрей не видел. Как только мужики уложили первый венец, он с Олексой отправился в лес, искать место будущего стекольного завода.

Лесная прогулка выдалась не из лёгких. Лес и вправду был густой да настолько, что часть деревьев, отживших свой век не рухнула на землю, а так и осталась стоять, упав ссохшимся стволом на более молодых соседей. Причем сам лес был неоднородным. Если у самой воды довольно узкой полосой параллельно берегу стояли сухие сосновые боры с редким вкраплением ели, то дальше они потихоньку превращались в чащу смешанного леса, с мягким ковром из хвои под ногами; а с дальнейшим же подъемом переходили в чисто лиственный, где вовсю уже господствовал дуб и ясень. Понятно, почему в нём засеки устроили: тут не то что на лошади, тут и пешком то идти упаришься, продираясь сквозь кусты той же дикой малины. Травяной ковёр под ногами местами исчезал, обнажая песчаную сущность земли, но таких прогалин было мало.

Но самое страшное было то, что Андрей уже практически потерялся в этом сумеречном царстве, так сильно отличавшимся от того, что тут будет пятьсот лет спустя. Лишь узкая Грязна не давала сбиться с пути окончательно. Зато как взлетела до небес его самооценка, когда им наконец-то попался песчаный холмик почти совершенно оголенный от растительности с ярко белым в солнечных лучах песком.

- Ну и что тут такого, княже? - не утерпев, спросил Олекса, когда Андрей остановился возле очередного полуобрушившегося холмика и стал с улыбкой ворошить и пересыпать из ладони в ладонь непривычно белый песок, скрывавшийся под ним.

Он давно уже пытался понять, зачем его нанимателю понадобилось выбивать себе такую вотчину. Обычно, знатные люди предпочитали богатые пашенные земли со множеством крестьян, а он довольствовался одной деревенькой, а две третьих вотчины вообще забрал диким лесом, в который теперь и потащился. Но спрашивать напрямую не спешил, просто привык, что княжич сам объяснит кажущийся нелогичным поступок, когда придёт время. Однако, увидев на лице Андрея выражение радости, вспыхнувшее после находки пусть и необычного цвета, но всё же песка, не удержался.

- А то, Олекса, что из этого песочка можно сварить хорошее стекло.

- Стекло из песка варят? - Олекса с удивлением посмотрел на княжича. В своей жизни он видел несколько стеклянных изделий, но из чего и как они делаются - не ведал. Зато теперь ему кое-что стало понятным. Как однажды говаривал сам княжич, на Руси секрет производства стекла давно утерян, и всё, что есть на рынке - привозное из немецких земель. А стеклянные изделия стоили неплохих денег, и если в своей вотчине князь сумеет научиться их делать, то скоро станет очень богатым человеком.

Теперь, по крайней мере, стала понятно его желание приобрести вотчину именно здесь.

- Да, именно из песка в печи умелый мастер и варит стекло, из которого потом делает и посуду и зеркала и оконные вставки. Эх, нам бы такого мастера. Само то стекло с грехом пополам глядишь, и сами сварим, а вот всё остальное кто делать будет? Люди нужны, да не просто люди, а умельцы. А где их взять? Эх, - изогнутым вверх носком сапога княжич пнул небольшую песчаную кучку, - где взять знаю, а как и на какие шиши нет.