Константин Хохряков - Любой ценой

— Вы что, охренели? Бегом за ним! Я, видимо, плохо вам объяснял, что спецназ своих не бросает, хоть мертвого, а вынести! Только, выполняя это сам, можешь быть уверен, что, тьфу-тьфу, и тебя не бросят! Хоть раненого, хоть мертвого, а вытащат! Выполнять! Бегом!

Резво рванули! Не кричал я на них, лес, он шума не любит, особенно ночью, но объяснил довольно резко. Да и есть от чего! Не пацаны уже, должны соображать, что нельзя оставлять своего, тем более просто спрятанного. За линию фронта, конечно, не потащим, просто не донесем, разлагаться будет. Так хоть похоронить по-человечески. Да и убедиться, что действительно погиб товарищ, а не лежит тяжелораненый и думает, что бросили его все, никому не нужен. А, кроме того, кто их знает, какие там порядки? Пойдут местность прочесывать, а тут — на тебе, лежит в непонятно каком прикиде. Сразу все и поймут, заготовка не сработает. А так — подождут, не дождутся, решат, что снова купились на нашу уловку. Да и страха уже не будет, когда увидят первого убитого, убедятся — на призраки мы, живые люди из плоти и крови…

Часа два потеряли на то, чтобы доставить тело погибшего. И Иванов, и Трошин ходят, как потерянные. И, судя по всему, не гибель Бушмакина тому причиной. Пришлось наедине провести с ними в стороне разъяснительную беседу, своеобразную политинформацию, вроде, поняли, прониклись…

Отыскали в лесу примечательное место, отметили его на карте. Сняли с Бушмакина модернизированный маскхалат, косынку, оставив его только в солдатском х/б, водой из фляг смыли с лица маскировочный грим, выкопали могилу, установили наскоро изготовленный из толстых веток крест. После войны памятник поставим…

— Становись!.. Магазины отсоединить, снайперам извлечь патроны… Заряжай… Огонь!

Сухо щелкнули вхолостую спущенные затворы. Такой вот прощальный спецназовский салют!..

Халява не прокатила, не замочив ног, пройти не получится. Вопрос в том, какого лешего пулеметчикам палить приспичило? Не могли дождаться, пока вся группа подойдет, а потом уже варианты: либо всех под свинцовую расческу, либо «Хенде хох!», особенно, если были уверены, что хорошо замаскировались? Непонятно! А, может, там только отсекающая группа, а засада где-то в другом месте поджидает? Тоже может быть! Ну, и как поступить? Понадеяться на удачу? Непрофессионально! Поставим себя на место немцев. Что бы я сделал, чтобы себя же прищучить?

Примем за аксиому, что в проходе между озерками поджидала не засада, а отсекающая группа, пусть даже численностью около взвода, имеющая целью не пустить нас пройти удобным путем. Количеству не удивлюсь, особенно после наших выходок. Как итог, мы должны искать проход в другом месте. А другое место напрашивается само собой — там, где мы наметили запасной вариант. Да и с юга, на открытой местности, тоже поджидать просто обязаны. Правда, имеется неясный вопрос — почему сразу же не пустили по следу погоню с собаками? В принципе, можно объяснить тем, что пережидают темное время, а поутру рванут по нашим следам. Согласен, ночью пройдут рядом и не заметят, а извести собачек способов уйма. Вероятно, поступят так, как предполагаю. Вывод: могилу найдут, и довольно быстро. Видно, что свежая. Но, ведь, нужно же убедиться, что это не партизаны лазили, и не местные непонятно по каким делам? И тем и другим встречаться с «фрицами» не с руки. Следовательно, будут копать. В конечном итоге поймут, что именно мы тут и были. А после этого рванут за нами с удвоенной силой — страх исчезнет: не с бесплотными призраками воюют, а с живыми людьми. А это значит, что боязнь встречи с нами нужно как-то поддержать! А как это сделать? Умница, возьми с полки пряник, все гениальное просто — возле могилы у оккупантов должны быть потери! Бушмакин и мертвый еще повоюет!

— Ковальчук, Сибиряков!

— Я!

— Мины еще остались?

— Да, мальца есть.

— Возле могилы заминировать, да так, как вы умеете, без следов. На тропе, по которой прошли, поставить растяжки из «эфок». Если у самих нет, хоть у всей группы соберите. Пару штук на земле установить, столько же на деревьях. Как мне кажется, погоня будет, и будет, скорее всего, с той стороны. Пусть фашисты порадуются. А перед растяжками присыпьте тропу табачком, чтобы, во-первых, «гансы» отвлеклись на поведение собак, а во-вторых не смогли впоследствии определить, куда мы действительно направились. По крайней мере, длительное время.

— А не кощунство ли, рядом с могилой минировать?

— Не переживай, Семен! Мы же саму могилу трогать не будем? На войне все средства хороши, кроме тех, которые нормальному человеку неприемлемы в принципе. Мы «фрицев» в гости не приглашали, они сами приперлись. А незваный гость — сам знаешь? Если преследователи сюда доберутся, они-то ее как раз и осквернят, не постесняются. Вот погибший товарищ и даст им прикурить нашими руками. Все ясно, бойцы? Выполнять.