Александр Андреев - Главное - воля!

По счастью для "фюрер-принципа", в этой"стае товарищей" единства не было — жена дяди Владимира Михель нехороша была со Вдовствующей, дядя Алексей был озабочен делами флота и "Либавским проектом", у Сергея с Павлом также была своя жизнь и свои интересы, не говоря уже о восьми двоюродных дядях и занятом только своею артиллерией двоюродном дедушке, сочетавшем должности генерал-фельдцехмейстера и председателя Государственного Совета, но при этом редко покидавшего Лазурный Берег…

Словом, как следует надавить на Ники у великокняжеской шайки не вышло.

Когда груди вдруг начали набухать вне всякой зависимости от её усилий, а каждое утро начиналось с отвратительного привкуса во рту… и ещё её рвало почти до девяти — а вставала она в четыре! И без того спавшая немного, Александра вовсе лишилась сна, и по ночам она вела долгие, долгие разговоры с самой собой. Мысль о чае, кофе или алкоголе вызывала у их общего организма дрожь непреодолимого отвращения…

А ещё у них была задержка.

Вспышка радости, полыхнувшая в бело-розово-лиловом будуаре по ту сторону Теней в тот момент, когда её, в очередной раз проблевавшуюся, вдруг осенило, вызвала у самой Елки… недоумение. Это как минимум. И когда Аликс перестала петь и прыгать от радости, часть своих сомнений Елка ей выложила.

Беременность — это значит, что до самых родов в качестве "железной леди" Александра Федоровна будет неполноценна. Гормоны УЖЕ играют с её нервной системой свои поганые игры, и дальше будет только хуже. Как можно принимать решения, которые скажутся на миллионах, если находишься в таком состоянии, что любой пустяк может довести тебя до слез? Осложненная постоянной тошнотой депрессия — ах, что может быть лучше!

А ещё… А ещё беременность означает растяжки. Отвисшую — до колен! — грудь. Треснутые соски. Запоры, метеоризм, эпизиотомия, разрыв промежности, мастит…

"Я не поняла. Ты что, что-то предлагаешь?"

"Да нет. Просто прошу умерить энтузиазм. И… И решить ГЛАВНУЮ проблему"

"???"

"Теорию вероятностей ещё никто не отменял. И мы ТЕПЕРЬ живем в ДРУГОЙ Реальности. И ЗДЕСЬ… Ну, шансы равные".

"Ты о чем?"

"Я об… Об Алексее"

Роковое имя прозвучало.

Сдавленный, упрятанный глубоко внутрь страх назван по имени.

Елке было легче. В конце концов, это было НЕ ЕЁ тело. И не её муж.

И ребенок тоже будет НЕ ЕЁ!

Крохотный комочек любви и нежности, зреющий внутри…

И знать, и постоянно думать о…

О…

"Проклятье, Аликс, если ты даже произнести это слово боишься, как мы проблему решать будем?"

"Слушай, ты… Стерва бесчувственная! "Проблему решать"?!! Это мой РЕБЕНОК!"

"У нас тут партнерство, если ты забыла. И когда ты думать перестаешь — это все гормоны! — то я должна думать за двоих. Ты ещё помнишь, ЧТО у нас на кону?"

"Я все помню, не беспокойся. А теперь… Оставь. Меня. В покое!"

Колоссальное напряжение разрешилось уже вошедшим в обычай для Александры Федоровны образом. Диагноз: трудоголик. Только теперь в вихре дел и забот пытались найти спасение и убежище от тревог они обе — и Елка. И Аликс. Поэтому дни неслись в ритме дикого галопа, бешенным коловращением своим застилая все вокруг и заставляя её и всех, её окружающих, забывать о времени за неистовой круговертью. В результате её усилий то, что должно было стать "скелетом" АУЦ, то есть девять из десяти учебных подразделений, и часть "мускулатуры" НПО, начали кое-как функционировать уже к концу весны! Оснащение их было бедно до неприличия, временные помещения тесны и малопригодны, люди держались на голом энтузиазме… и на потрясающем зрелище — строительстве буквально с нуля целого города.

Да, город строился. Город будущего. В нем было все, привычное двадцатому веку и казавшееся фантастикой девятнадцатому: многоэтажные жилые дома с централизованным водо, газо, электро и теплоснабжением и телефонной связью, стоящие на широких улицах с проложенными по ним рельсами "электрички". Ясли, детские сады и школы — все для детей тех рабочих, что встанут у станков царскосельских заводов. И для самих рабочих — полный спектр услуг, начиная от рабочих клубов с библиотеками и кружками и заканчивая многочисленными "Пивными" и "Рюмочными"…

Маниакально-острый приступ активности, позволяющей забыть о… о том имени, которое ни Елка, ни Аликс не желали вспоминать, поразил Её Величество более чем кстати. Поскольку кризис, рухнувший на Елку, своей внезапностью походил на удар молнии с ясного неба.