Александр Андреев - Главное - воля!

Пункт четыре. Дислокация. Конечно, два новых полка по численности равны одному старому, и их, в принципе, можно запихнуть в ту же казарму. И даже придумать, где хранить тяжелое вооружение — тем более, что ещё лет пять ничего, кроме минометов, на батальонном и полковом уровнях не появиться. Но вот две дивизии, развернутые на месте одной, уже в одном и том же пространстве не уд?ржаться. НИ ЗА ЧТО. Стало быть, строительство. Казармы, военные городки, дороги, склады, арсеналы, конюшни, артиллерийские парки, квартиры для офицеров, постройки административно-хозяйственной и культурно-воспитательной служб… И так далее, и так далее, и так далее…

Конечно, МОЖНО пойти другим путем — вместо того, чтобы расширять армию, сузить её. Ужесточить отбор, получив войско, меньшее по количеству, но зато лучшее по качеству.

Ага. Нашли идиотов.

Где и когда были генералы, которые бы обменяли дивизию на полк? Нет, были, конечно, и не так уж мало — но это же надо понимать разницу между элитным полком и полевой дивизией, наполовину укомплектованной резервистами, и на четверть — необученными призывниками!

В мирное время такая разница значит намного меньше, чем разница между командиром полка и командиром дивизии.

А во время войны у господ с большими звездами на погонах может просто не хватить времени на осознание существенности первой разницы — и полнейшей несущественности разницы второй.

Споры на пустой желудок — не лучший способ избежать язвы. Поэтому после бодрящей прогулки по свежему воздуху императрица пригласила членов комиссии отобедать — "чем бог послал".

Обществом самого императора и членов его Свиты государыня господ генералов угнетать не стала. Да и вообще, дворцовая обстановка как-то не способствует деловым разговорам. Весь этот поганый этикет… За год жизни в этом веке Елку он достал по самое не могу. Аликс, выросшая в тихом провинциальном Гессен-Дармштадте, также видела подобный церемониал, разработанный до мелочей и охватывающий буквально все стороны жизни, только изредка — наездами в гости к бабушке или замужним сестрам. И до самого возвращения в Царское село в ранге уже законной жены даже не подозревала, НАСКОЛЬКО эти китайские церемонии напоминают каторжные кандалы.

Армейский Учебный Центр имел пять или шесть "точек общепита", предназначенных для обслуживания курсантов и преподавателей собранных под его крышей учебных заведений. Но это был именно "общепит" — обычные буфеты и столовые самообслуживания. Для приема, даваемого Её Величеством аж пяти генералам сразу, они не подходили категорически. Тем более — для приема неофициального, сочетающего прием пищи с обсуждением достаточно сложных и острых вопросов.

Зато ресторанчик "У трех ведьм" для этого подходил идеально. Крошечный, всего на дюжину столиков общий зал был стилизован под Центральную Европу — а наметки для художников, работавших над его оформлением, делала лично Её Величество. И навеяли их незабвенные матушка Ветровоск, нянюшка Ягг и Маграт Чесногк.

А работали в нем чехи.

Ещё поблизости имелись кофейня "ДНК", что расшифровывалось как "Кофе, Джаз & Никотин", и пивной бар "У пса", с вывески которого салютовал прохожим пивной кружкой сидящий в кресле бульдог в котелке и жилете. В лапе у бульдога была сигара, а мордой он был удивительно похож на Черчилля. Даже Елка удивлялась.

Завершал список "питательных пунктов" ресторан "Лазурный дракон", стилизованный под дальневосточную Азию. Не то Китай, не то Япония… Нечто среднее. На самом деле ресторанчик принадлежал корейцам. Китайцы же держали в Царском Селе две прачечных, монастырь — монахов для последнего Ее Величество планировала выписать прямо из самого Шао-Линь — и чайную "Бамбуковый фонарь". Вывеска в виде рисунка старинного китайского фонарика с иероглифами была выполнена из ярко-красных неоновых трубок, вполне обличающих истинное назначение заведения. Кроме "фонаря", в Царском имелась ещё "приватная гостиница" с неброским наименованием "У лиры" — лира, изображенная на вывеске, напротив, была очень броской, и форму имела довольно вызывающую. Ещё имелись таверна "Распутный Единорог" и несколько специфический "Дом Арахны". Елка находила довольно забавным, что первыми четырьмя потребителями ещё почти экспериментальных цветных неоновых ламп, производство которых только-только наладили на ЭТЗ "Динамо", были именно публичные дома.

После обеда последовало продолжение показа — уже не на стрельбище, а в тире, на полосе препятствий и полигоне для "тактической стрельбы". Членам комиссии были представлены образцы личного оружия. Начали с "наганов" в 3 и 4,2 линии в трех модификациях на каждый калибр — обычные, бесшумные и длинноствольные бесшумные револьверы-карабины с приставными прикладами под усиленный патрон. Плюс модель под пистолетный патрон, тот же, что использовали в своем ещё полуэкспериментальном пистолете-карабине конструкторы фирмы "Маузер" — членам АК были показаны полдюжины образцов, предоставленных фирмой по личной просьбе Её Величества. Ещё имелась дюжина револьверов "Рысь": стандартная для револьверов XX века конструкция с цельной рамкой и откидным влево барабаном с одновременной ручной экстракцией. Ассортимент состоял из шестизарядной длинноствольной модели "Армия и Флот" и компактной пятизарядной модели "Криминальная Полиция", обе — калибром в 4,2 линии, патрон на базе винтовочного. Технология та же, что и с 4,2-линейным "Наганом", только гильза укорочена больше, и пуля не заглублена. Также было продемонстрировано легкое стрелковое оружие под пистолетный патрон — пистолеты-пулеметы и самозарядные карабины. Завершила показ демонстрация штурмовых дробовиков нескольких модификаций: были представлены общепринятая "помпа", перевернутая "помпа", у которой магазин располагался над стволом, а перезаряжение осуществлялось движением ствола вперед и назад, самозарядный дробовик с коробчатым магазином и "револьвер" с громоздким барабаном на шестнадцать патронов 12-го калибра.