Виталий Гавряев - Контра

Вот и сейчас, из-под вынужденно одетых, приветливых "масок-улыбок", на него смотрели холодные, надменно оценивающие взгляды.

"Всё. Хватит рефлексировать. — подумал Шимин, поняв, что все собравшиеся в большом кабинете мужчины, в данный момент, выжидающе смотрят на него. — Я приехал сюда не за любовью к себе ненаглядному, а для формирования коалиции, способной спасти мой семейный бизнес от сильного финансового потрясения. И только при коалиции с этими джентльменами, мне удастся подрубить корни древу варварской империи, и тогда… Впрочем, о том что будет дальше, подумаю позднее, а покамест, мне нужно применить весь свой шарм и красноречие, чтоб заключить союз с британцами".

И он заговорил. Уже через десять минут Иосиф завладел всеобщим вниманием, и никто из присутствующих бизнесменов, не возражал против предлагаемых им планов подрыва государственных устоев в варварской стране. Так как эта борьба велась уже давно, но его предложения, выводили её на новый уровень. Особенно, владельцам "Русской торговой компании" понравилось предложение вооружать прикормленных бандитствующих аборигенов списанным армейским оружием. Ведь не секрет, что колесковые пистолеты и штуцера, активно заменяются на капсульные. И почему не продавать этим дикарям то, от чего избавляются в армиях цивилизованных стран?…

А в России, за некоторое время до этой встречи, жизнь шла своим чередом, и россияне, даже не задумывались о тех бедах, что благодаря этой встрече, ждут их в будущем. Все, кроме одного. Но что этот человек мог поделать? Тем более в одиночку. Даже если он, зная по опыту жизни в другом мире, ведал куда катится империя, начнёт пророчествовать. То не уподобится ли он Кассандре?

"Всё барин, приехали. — эти слова, сказанные старшим десятником, вырвали Александра из плена тяжких раздумий по поводу того, правильно ли он поступил, дав своим людям добро на линчевание здешних бандитов. — Вот здесь, на этой неприметной полянке, мы оставим своих коней, и намотаем себе на ноги онучи [26] Ону́ча — длинная, широкая (около 30 см) полоса ткани белого, чёрного или коричневого цвета для обмотки ноги до колена (при обувании в лапти). .

— Это ещё зачем?

— Дык, барин, это чтоб мы могли тише идти по лесу, и не оставлять чётких следов. Ведь как я понял, после расправы с этими убивцами, вы не желаете, чтоб кто-либо подумал на нас? Тем паче, мы знаем, что у тех душегубов есть высокие покровители. Знамо, нам не грех лишний раз поберечься. Иначе, на нас, всех собак спустят.

— Да, да, Пётр. Думаю что ты прав.

— Тогда, братцы, треножим коней, обматываем свои ноги, проверяем оружие и выдвигаемся. С конями остаются Семён и Иван.

Против этих слов никто не возражал. Гайдуки, привычные беспрекословно подчиняться своему командиру, споро выполнили приказ и даже начали помогать барину с его дядькой. Однако в планах графа Мосальского-Вельяминова, не входило участие его воспитателя в облаве на соседей-разбойников. Поэтому он, улучив момент, тихо, чтоб не слышали другие бойцы, обратился к Протасу:

— Дядька, я понимаю, что ты опытный, бывалый солдат, но здесь, в лесу, ты мне не помощник. Извини. Ты, как и эта парочка, — еле заметный кивок в сторону Ивана и Семёна, — остаёшься здесь и будешь стеречь наших коней.

— Это ещё почему? Как же так? Александр Юрьевич? За что?

— Тише. Ты лучше подумай про свой возраст. Всему виной только твой возраст. Не обижайся Протас, но долго и быстро перемещаться по лесу, у тебя уже не получится, выносливость уже не та.

Отставной солдат ничего не ответил, но по его взгляду было понятно, что он не желает оставлять своего воспитанника без своего пригляда но противиться приказу, тоже не может. Он прекрасно понимал всю правоту только что сказанных ему слов.

— Может быть это, Александр Юрьевич, и вам, не стоит самому соваться в это бандитское логово. Пошлите туда только гайдуков и всё.

— Протас, я принял решение, которое не изменю. И на этом всё, замолчали.

Как не жалко было старика, но смотря вслед понуро удаляющегося, ссутулившегося воспитателя, Александр понимал, что и отпустить гайдуков одних, он не может, он плохо знал этих людей, чтоб предоставлять им полную свободу. Но и брать с собой отставного солдата тоже нельзя. Поэтому, оставалось только одно, делать вид, что не произошло ничего неприятного, и готовиться к пешему рейду по незнакомому лесу. А дальше, действовать по древнему как мир правилу: "Делай что должно, а дальше, будь что будет".