Юрий Никитин - Порвали парус

Мещерский заверил:

- Делается, Владимир Алексеевич! Еще как делается.

- Недостаточно быстро, - отрезал я. – Биотехнологии ускоряют свой бег. Каждый день совершаются не просто улучшения или открытия, а прорывы!.. Но не все безопасные.

Они все помрачнели, Мещерский взглянул на меня как пациент на дантиста: враждебно, но и с надеждой.

- А предложить что-то новое можете?

- Да, - ответил я. – Да, я могу.

- Владимир Алексеевич…

- Мир глобализуется, - сказал я. – И хотя существуют разные страны с разными режимами, но разведки и контрразведки уже взаимодействуют с борьбе с террором.

Кремнев сказал в нетерпении:

- Доктор, с точки зрения военного человека, которых вы так не любите, нельзя быть таким занудным.

- А занудность в чем?

- У нас, - напомнил он, - создан отдел по предотвращению глобальных рисков! Который всецело в ваших руках. И даже вроде бы работает, хотя это секретно почему-то даже для нас. Что вам еще?

Бондаренко добавил:

- И ваш отдел уже осуществил ряд блестящих операций по предотвращению серьезных угроз. Начиная с той крайне спорной в Тунисе, что теперь смотрится все бесспорнее.

- Это хорошо, - сказал я, - но маловато. Пора переходить на новый уровень. Я предлагаю создать Международный Комитет по борьбе с глобальными угрозами. Международный! Структуру, так сказать, не просто по предотвращению рисков, а предотвращению силами всех стран. Или не всех, но наиболее ответственных за происходящее на планете. Это сделать намного легче.

Они молчали, кое-кто поглядывает не столько на меня, как на Мещерского, решение как действовать дальше зависит от него.

Кремнев пробасил:

- Но у нас хорошо налажено взаимодействие. Даже нехило.

- Простого взаимодействия уже мало, - возразил я. - Нужен единый орган. Все ускоряются, генерал!.. Новая структура должна состоять из отделов в разных странах, но вопрос о едином управлении встает остро и безотлагательно.

Он сказал саркастически:

- Отдаться в управление Штатам?

- Решение будет принимать Совет, - предложил я. – Совет Планетарной Безопасности. Можно утрясти вопрос, чтобы у Штатов не было решающего преимущества, и чтобы ни один важный вопрос не решался без одобрения России!.. Но зато все будет решаться намного быстрее! Сейчас для выживания как никогда требуется и скорость, и жесткость решений, и постоянное наблюдение за всеми… За дворниками пока можно не устраивать слежку, но потом придется и за ними!

Бронник тяжело вздохнул:

- Куда мы катимся…

- К порядку и безопасности, - отрезал я. – Из мира анархии!..

Бронник спросил несколько язвительно:

- А как это сделать поконкретнее?

- Поконкретнее? - переспросил я. – Этого не знаю. Но, как сказал Ленин, вчера было рано, а завтра будет поздно. Нужно сегодня. В старину в народе говорили «всем миром». Сейчас это как никогда в самое яблочко. Всем миром.

Мещерский, как Кутузов на совете в Филях, все помалкивает, дает высказаться чинам помельче, наконец пробормотал:

- И как, по-вашему, должна действовать эта Планетарная Служба Безопасности?

- Как уже действуют спецслужбы России, - ответил я, - Штатов, Израиля, Аргентины… Да-да, у аргентинцев великолепный спецназ, я в курсе их двух последних блистательных рейдов. Но у Международного Комитета будет одно важнейшее отличие…

Я помолчал, держа точно рассчитанную паузу, Бондаренко сказал наконец:

- В чем же разница?

- Они защищают интересы своих стран, - ответил я. – А Комитет по предотвращению глобальных катастроф должен заниматься только теми, что угрожают человечеству в целом. Не обращая внимания, своя или чужая страна в той точке планеты. С точки зрения глобальных катастроф, если у них была бы своя точка зрения, мы все одна страна и один народ человеков.

Бондаренко нервно усмехнулся.

- Быть спасителями мира? А потом нам все равно в спину бросят камни?

- Это фантомная боль распада Советского Союза, - ответил я. – Придется терпеть. Постепенно уйдет. Но действовать нужно оперативно. Количество угроз растет. С некоторыми удастся справиться жесткой дипломатией, с другими – переговорами, но будут и такие, что только ударами высокоточных бомб.

Кремнев буркнул:

- Или высадкой спецназа.

- Не исключено, - ответил я. – Бывает, даже ракетно-бомбовый удар не решит проблему. Тогда спецназ.

Мещерский поднялся, мы затихли и повернули к нему головы.

- Эти настроения уже бродят по кабинетам и коридорам, - сказал он. – Но Владимир Алексеевич с его профессорской логикой ученого сформулировал все четко и ясно. Такая структура нужна. Более того, нужно было сделать ее уже давно… А сейчас перед нею… и нами завал работы. Завтра с утра все должны быть в кабинете для совещаний уже с готовыми предложениями по структуре этого международного органа.