Алексей Рагорин - Ракетчики

Не скажу, что нам победа Рохлина досталась дёшево. Но и не могу назвать эту операцию нерентабельной. Свобода братьев, свобода страны от власти банкиров, перспектива восстановления империи — сколько это должно стоить? Ох, и скрежетали зубами враги! Все их СМИ брызгали ядовитой слюной, грязью, истеричными воплями. Обвиняли во всём, что в голову могло прийти. Но дело было сделано: Рохлин обошёл Жириновского на 7 %. Этого хватило для победы.

Лев Яковлевич не был романтиком. После формальной победы не расслабился, не стал почивать на лаврах. Засучил рукава и окунул руки по локоть в вонючую жижу дикого капитализма. Вместо возрождения промышленности, сельского хозяйства, прочих элементов государства и страны он с удивлением обнаружил, что нужно заниматься кадровой политикой и бумажками. Совсем недавно купленные нами губернаторы, которые на выборах работали на Рохлина, вдруг не хотят работать на страну и народ, норовят «попилить» бюджет. Кем их заменить? И не только губернаторов. Чем дальше погружались руки в работу — тем страшнее становилось. Кадров нет. Старые кадры — сплошь бывшая парт- хозноменклатура, мечтающая вернуть себе пайки и дачи. Можно капиталистическим вариантом. Новые — капиталистическая сволочь, полностью лишённая совести, патриотизма, не умеющая работать. Везде ставить «зелёных» студентов? Сначала они «завалят» дело, а потом, когда научатся работать, научатся воровать. Пойти по пути СССР: ввести военную диктатуру? Или хотя бы просто расставить на посты военных? Уже не проходит. Военные с низкими деловыми качествами спились, деградировали; с высокими — стали «крутиться»: часть ушла в менты, часть — в бандиты, часть — в бизнес — что почти одно и то же. Извечный русский вопрос «что делать» замучил еврея по национальности и русского патриота по факту, Льва Рохлина.

— Что привело вас к нам, Лев Яковлевич?

— И вам здравствовать, Александр Владимирович.

— Ну-ну, не обижайтесь. Вспомните свои слова: «И не думайте, господин диктатор, что за вашу помощь я буду продавать родину, Русь-матушку».

— Не вспоминайте. Самому противно. Вы мне в сыновья годитесь, а реально, в тот момент, вёл себя, как мальчишка, именно я. Каюсь. Ошибался.

— Готовы продавать Россию оптом и в розницу?

— Мне не смешно. Ничего не получается. Ничего! Чёрное болото засасывает! Промышленность не возрождается, рожь не колосится, долги Западу отдать не могу, армию и военную промышленность возрождать не хватает ресурсов, а науку — людей.

— Ну, мы вам и так помогаем много. Продовольствие продаём по низким ценам, даём заказы на госпредприятия, включаем в кооперацию. Что ещё? Разрешаем применять наши патенты без оплаты. Фильмы разрешаем брать в прокат без денег. Детей в лагерях оздоравливаем по льготным ценам. Выделили квоту на лечение в наших больницах.

— Ваши фильмы — чистая идеология. Промывка слабых, разъеденных капитализмом, мозгов. Особенно героические сериалы о дохристианских временах. Опиум для народа.

— Чем богаты…

— Кстати, наших певцов, юмористов и прочих — вы к себе не пускаете.

— Неправда ваша. Пускаем. Они сами не едут. Хотя, если быть точным, есть исключения.

— Так, ведь, вы им денег не даёте! Запретили зрелища оплачивать в любом виде и в любой форме. Даже спортивные соревнования: по бесплатным билетам! Мыслимо ли это!? Алкоров жалуется, вы его с женой и падчерицей не пустили. Придумали: рейтинга ведической культуры у них нет.

— У нас такой подход к зрелищам: участие приветствуется, а зрительство — нет. Профессионалов, в названных вами, уважаемый Лев Яковлевич, сферах деятельности, мы не слишком чествуем. У Корнилова рейтинг есть — он выступает, у Алкорова нет — цензура завернула. Человек должен иметь моральное право вещать, проводить культуру. Недостойная, развратная, подверженная любым порокам, личность, не допускается к микрофону, экрану, газетам. Заразит вредным информационным вирусом, чего доброго.

— Ладно, хрен с ними, с певцами. Всё правильно. Но не то. На чём я остановился? Люди. Да. Всё упирается в людей. Есть у меня команда: человек двадцать. И то — не все бессребреники. Уже у парочки гнильца начала проступать.

— Власть портит людей, это мысль не новая.

— Дело не только в этом. Кроме этой кучки единомышленников нет никого. Пустота. Вакуум. Губернаторы и мэры — все воры. Кого ни поставь — можно быть уверенным, что будет красть. Я уже рассуждаю не о том, сколько будет красть, а умеет ли делать дело. И этим компромиссам с совестью несть числа. Никому ничего не нужно, кроме денег. Даже бандитизм победил не я. Бандиты доросли до уровня мэров, сели в кресла и навели порядок. Поэтому статистика обычного гоп-стопа спала.