Алексей Рагорин - Ракетчики

Корибут бродил везде, как инопланетянин. Любопытно, но страшно. С лошадьми за всю жизнь близко сойтись не привелось как-то. Один раз в Крыму катался на клячах в Лазурном. Не понравилось. «Крутишь ей руль» влево, а она в шиповник идёт, ногу царапает, «крутишь» вправо — укусить норовит. Справиться-то справился, но удовольствия не ощутил. Во время зимы никаких лошадей никто не видел. Если бы где-то в сёлах и остались, то чем их кормить? Консервами? Сейчас Корибут всем интересовался, опасливо ездил на самой смирной кобыле под присмотром Ивана. Примерно как мешок с… Но ездил. Утром и вечером всей гурьбой ехали на побережье, благо оно было рядом, купались в море. Дети визжали от восторга. Младенцы таращили любопытные голубые глазки. Черни были рады всем, с удовольствием общались и с детьми, и с сыном, и с женщинами, и с Корибутом.

Мужчины строили замки из песка детям, играли в воде. Попробовали потягаться в плавании. Тоню результат удивил. Хотя было видно, что Диктатор держит себя в некоторой форме, но явно не спортсмен. Да и когда? При такой должности и обязанностях. Её Ваня даже проходил ускоренный курс боевых пловцов. А там нужно быстро плавать. Тем не менее, Ваня Корибута не догнал. Гонка достойна описания. Побесившись около берега, поотдавали латки друг дружке, а потом Корибут оторвался и пошёл на глубину. Ваня пытался догнать. Это не вышло ни быстрым рывком, ни измором. Пловцы сделали петлю по морю около полукилометра длиной. Корибут доплыл до берега первым, заполз в зону прибоя, перевернулся на спину и замер. Через добрую минуту доплыл до берега и Иван. Он дышал глубоко, но стабильно.

— Гля, не думал, что ты уйдёшь.

— Сдаюсь, больше не могу. Сейчас сердце выскочит.

— Да ладно, будем считать, что ты выиграл. Я же не догнал. Хотя могу так проплыть ещё километров пять, но толку?

Когда мужчины отдохнули, начали соревноваться в драке. Опять результат удивил. Иван на добрых десять сантиметров выше, на двадцать килограммов тяжелее, одни мышцы бугрятся и играют под кожей. Причём, не качёк какой-нибудь, а боец, спецназовец. Их драться учат много и хорошо. Ваня Тоне рассказывал. И что имеем? Раз за разом удары Вани шли в пустоту, на пару сантиметров, но мимо. Захваты ловили воздух. Даже хуже, после большинства попыток Ваниных захватов, Саня неуловимым движением кисти сам выходил на захват и валил Ваню на песок. Иван разозлился на себя. Неужели так сильно потерял форму? Вроде бы их натаскали месяц назад снова? Не может же Диктатор целыми днями только то и делать, что тренироваться. Злость не помогла: Корибут был чуть быстрее и на класс выше. «Проверить бы удержание… Может, он не сможет меня пробить.» Как бы в ответ на его мысли, Александр сбил руку и обозначил рубящий по шее, через секунду слегка подсёк на песке ногу, не спас и вес Ивана, и обозначил удар в пах. В завершение, отразил скользящими блоками яростный бросок Чёрного, прихватил наружную руку и показал тычёк пальцами в глаза. Иван понял: удержание не поможет, даже если его стальной пресс окажется Корибуту не по зубам, то есть много вариантов проиграть. Зря это он про зубы подумал.

Корибут сдался: поднял руки вверх.

— Отдых! Я устал.

— Да ладно, пять минут танцевали, устал он. Халтурщик. А почему сидха тактической опасности не работает? Я не мог предвидеть, как с другими, что ты будешь делать.

— Когда я тебе её давал, то поставил ограничение: не против себя, любимого. Дай отдышаться, я, правда, устал.

— Мальчики, а поборитесь. Мне будет интересно посмотреть. Я же — профессионалка этого дела.

— И я, почти.

Это Лена имела в виду их кувыркания с Тоней в спортзале в Большом Гнезде. Женщины переглянулись и рассмеялись.

— Нет, увольте. Мало того, что я как борец, не очень, так ещё и на несколько весовых категорий ниже этого Гавриилы.

Иван был разочарован. Хотелось хоть в чём-то победить, взять реванш. И не давала покоя мысль: почему — Гавриила? Думал, думал — ничего в голову не пришло.

— Я сдаюсь заочно, признаю полное поражение себя и победу Ивана. Сами потом поборетесь, когда ты не будешь кормящая или беременная.

Тоня улыбнулась Ивану лукаво. Ваня крякнул, вспомнив знакомство с женой. Намёк на обиду на Корибута улетучился.

— Саня, почему Гаврила?

— Это старый детский анекдот есть. Переделанные названия обезьян: орангутанг — Абрамгутанг, шимпанзе — Шим… нет, это не помню, горилла — Гавриила. Анекдота не помню уже, а фишка осталась.

— Саня, есть мысль. По работе. Ничего, если сейчас? А то, забуду, чего доброго.