Алексей Рагорин - Ракетчики

— Не, Саня, ты загибаешь. Примеры выбираешь слишком… крайние. В жизни так редко бывает.

— В некрайних случаях принцип тот же, только вред для страны меньше. Не так наглядно и очевидно. Ты сам, Александр Николаевич, у нас в части в случае драки между солдатами равенство не исповедовал: наказывал «дедов», а не «молодых».

— Так то — совсем другое дело: мы ж знаем, что «деды» занимаются неуставными взаимоотношениями, а «молодые» могут только защищаться.

— Но ведь подход всё равно не равный! Хотя ты и подводишь сюда шерлокхолмовскую дедукцию. И ещё пример из армии: как решались противоречия между лейтенантом и генералом?

— Чаще всего в пользу генерала, это ясно. Вон, Толя на себе прочувствовал.

— Но ведь это армия! А Толя не только авторитет генерала пытался уронить, но и на главный армейский принцип: иерархию, покушался!

— Но ведь я был прав!

— Вот для этого мы и создали систему инспекторов. Чтобы компенсировать подобные перекосы. С ответственностью за лжесвидетельство и прочее. Но вы меня не слышите. Равенство — не то же самое, что справедливость. И, уж подавно, не даёт пользы. Есть какое-то нарушение, за которое предусмотрен штраф: 50 рублей. Для всех. Это правильно?

— Ну, правильно.

— А в некоторых буржуйских странах не так сделано. Размер штрафа определяют в зависимости от зарплаты нарушителя. Помню, один крутяк на мотоцикле что-то нарушил, так ему около ста тысяч штрафа насчитали. Страну и валюту не помню, но было много. Как вам такая система? Притом учтите, на Западе сильно разнятся доходы. У одного может быть зарплата тысяча в месяц, а у другого — миллион.

— Ну, тогда эта схема лучше. Можем и мы у себя ввести.

— Вот! Только теперь обратите внимание на слова. «Лучше» — это не «равенство», и даже не «справедливость». Какая такая справедливость в том, что за один и тот же вред обществу разные люди платят неодинаковую сумму? Если рассматривать штраф, как компенсацию вреда — неверно, а если как воспитательный стимул — боле-мене верно. Так?

— Так это нормально: «шишке» назначили большее наказание, но назначили! А ты говорил, чтоб наоборот, вообще не наказывали.

— Это не важно. Примеры и случаи могут быть разные. Важен принцип. Мы говорили о фальшивости и вреде принципа равенства. Даже в школе учителя иногда этот принцип не соблюдают. Двоечник постарался, выучил хорошо — ему на балл выше поставят, для стимула. А отличнику за такой же ответ наоборот, снизят оценку, чтобы подчеркнуть: «Для тебя, брат, это плохой ответ».

— Ладно, эт самое, хватит рассусоливать, давай дальше излагай, о, великий мудрец, пророк и учитель.

— Рубан, кончай хохмить! Вопросы серьёзные. Страна по ним жить будет.

— Последний лозунг: братство. Это применялось к национальностям. Предположительно, на нашей планете проводится эксперимент: могут ли разные расы жить вместе, создавать смешанные браки, детей, культуры. Ядерная зима мне со всей очевидностью показала: нет! Да и до того все эти кровосмешения в Европе и США ничего хорошего не дали.

— Но ведь у нас в Союзе получалось! И герои были из разных республик, и артисты, певцы… Не всё идеально, но получалось.

— Не совсем так. Все примеры, которые у вас в голове — это примеры культурной ассимиляции. Герой из малой национальности проникся имперским мышлением и воевал за большую страну, как за своё село, как за свой род. Артист становился известным и популярным на весь Союз, только тогда, когда снимался в общесоюзном фильме, например. Крайне желательно было, чтобы он разговаривал с минимальным акцентом на русском языке. А это тоже признак ассимиляции. Такие случаи единичны. А типичными являются примеры наших солдатиков: чеченцев, узбеков и прочих. И вы, и я насмотрелись на землячество достаточно. Если перейти с обыденного уровня изучения данного вопроса на научный, могу рассказать об исследованиях Петухова. Был такой историк, археолог. Впрочем, почему — был? Наверно, он и сейчас есть, может даже тот труд, который я читал, пишет. Да. Так вот. Что он написал. Если в наше, белое ядро, подмешивается больше пятнадцати процентов чужих — идёт медленная деградация нации. Через тысячу лет страна приходит в полный упадок. Какая доля влияния приходится на несовместимость биологии — неясно, но есть такой факт. По крайней мере, не ассимилированная часть населения жутко деградирует культуру страны. Это было по всей Европе, начиная с 2000-го года и до конца. Национальные кварталы со своими законами, куда даже местные менты боялись зайти; «национальный» бизнес: продажа наркоты и оружия, прочее. Потом из-за этого гражданская война у них приключилась.