Анна Гурова - Черный Клан

— Например?

— Навскидку: когда убиваешь — никакого негатива. Ярость очень мешает. Холодная голова, спокойное сердце, приветливый вид — чтоб не спугнуть. Лучше всего, когда жертва до самого конца не понимает, что ее загоняют. А эмоции выпускаешь потом — когда рвешь ее…

— Это, знаешь ли, в теории легко!

— Да нет, и на практике тоже несложно.

Орка отхлебнул пива:

— Давай расскажу, как касатки охотятся стаей.

— Ну?

— Они вообще не нападают. Первая задача — не пугая, не делая резких движений, отделить жертву от ее сородичей. Даже если их и заметят — никто не примет это за атаку. Тюлень думает, что он в безопасности, на толстой льдине… И не замечает, что льдина оторвалась и плывет. Дрейфует себе потихоньку — и вдруг он в море один. А вокруг, под самой поверхностью скользят тени… И вот из воды, как огромные ножи, поднимаются черные плавники. Толчок, другой, льдина начинает раскачиваться. — Орка, улыбаясь, повел в воздухе кружкой. — Сильнее и сильнее, как на качелях — туда-сюда! Все происходит само собой. Тюлень не видит, кто его убивает. Он даже не понимает, в чем дело. Думает, что просто волна разыгралась… Он поймет, только когда соскользнет в воду. Ну если успеет. А остальные его собратья вообще ничего не заметят. Нырнул — и пропал. Одним тюленем стало меньше. Никто же не видит, что в это время происходит под водой…

Меня передернуло. Описанные Оркой охотничьи игры касаток как-то не возбуждали. Адреналин я любил, но тут чувствовал что-то не то. Что-то неприятное и глубоко мне чуждое…

Свет померк — в дверях возникла огромная фигура Валенка. Собрат по клану вошел в паб как к себе домой. На него оглянулись все присутствующие, в том числе и бармен. Я из дальнего угла заметил, как он дернулся и замер с выражением: «Нет! Пусть мне это снится!»

— Здорово, Леха, — пророкотал Валенок, подсаживаясь за наш стол. — Вот, проходил мимо, решил горло промочить, а тут ты! Какой сюрприз!

Я глянул на Орку. Выражение лица у рыжего было сложное. Похоже, он уже распознал в вошедшем дракона и сейчас лихорадочно пытался понять, как ему вести себя дальше.

Валенок — само дружелюбие — протянул Орке лапу через стол, пожал небрежно.

— Орка, из Желтого клана, — спохватившись, представил их я. — А это Валенок, мой… э-э-э… друг.

— Тот самый «желтый боевой»? — с добродушной иронией спросил Валенок, бесцеремонно рассматривая рыжего. — О, видел я тут вчера по телику настоящего желтого боевого!

— Да ну! — отозвался Орка с настороженным интересом.

— Гадом буду! Прямо в новостях показывали. Эй, ты! — Валенок взглядом остановил бармена, который крался по стенке к выходу, и телепатически вернул за стойку. — Тащи меню!

— С виду — обычный журналюга, но натуру не скроешь! Я прямо зауважал его. Прикиньте, пацаны: его менты повалили на землю и пинают сапогами вчетвером, а он, как настоящий боец…

— Отбивается? — спросил я.

— Круче! Он их в это время фотографирует!

Я захохотал, Орка тоже хмыкнул. Он уже справился с волнением. Неприкрытый стеб Валенка даже как будто успокоил его.

— Ничего такой тесак, — заметил Орка, покосившись на оружие на поясе Валенка. — Менты не останавливают? Или лицензия?

— Валенок по жизни торговец оружием, — заметил я.

— Да какое там оружие! — махнул рукой тот. — Так, железки декоративные…

Тем не менее вытащил тесак, положил на стол. Бармен, который как раз притащил нам меню и пинту для Валенка, чуть не поседел.

Орка же к тесаку не прикоснулся.

— Я в железе не разбираюсь. Для меня это не оружие. Огнестрел еще туда-сюда…

— Да ладно тебе, — ответил Валенок. — Всё — оружие. В сущности, — он взял из корзинки с приборами вилку, — это тоже оружие.

— Точно, — высокомерно кивнул Орка. — Папа говорит: убить можно хоть карандашом!

— Или заточенной пластиковой картой, — добавил я.

Читал про такое где-то.

— Зачем заточенной? — удивился Валенок. — Убить можно чем угодно, было бы желание. Хоть вот этой ложкой! Хоть пепельницей! Хоть… — Валенок задумчиво посмотрел на картонный квадратик под пиво. — Да, пожалуй, и этим можно убить… Хотя голыми руками, в общем-то, удобнее…

Орка фыркнул и промолчал. Вообще, я заметил — с того момента, как пришел Валенок, Орка стал резко молчаливее. То ли боялся сморозить лишнее при Валенке. То ли опасался его самого. Что, впрочем, и неудивительно. «Зря я ему сказал, что Валенок торговец оружием», — подумал я.

Неожиданно Орка кашлянул и сказал, покраснев, как девица: