Александр Солженицын - Раннее (сборник)

…Как я с досок нестланных шепчу… – Положив на земляной пол лагерную телогрейку, А. С. устроил себе постель. Но тут товарищ по ссылке, в прошлом преподаватель Бауманского института, Александр Климентьевич Зданюкевич одолжил ему пару дощатых ящиков – и они стали кроватью.

Стихотворение написано не раньше мая 1953 г., когда начинают цвести джидда и джингиль.

Джида (джидда) – дикорастущее листопадное дерево с узкими серебристыми листьями и жёлтыми остро пахнущими цветочками, дважды распускающимися за весну и лето. Достигает 10-метровой высоты. Часто растёт вдоль рек. Здесь – на правом берегу реки Чу, в пяти километрах от Кок-Терека. Упоминается в повести «Раковый корпус» (Т. 3. С. 229).

{204} В эту зарость колючих кустов джингиля… – Джингиль – кустарник, достигающий двух-трёх метров, с длинными колючками, расположенными на стебле у основания листьев. Растёт главным образом вдоль русла рек. В мае покрывается фиолетовыми цветами. Используется как колючая живая изгородь и на топливо. Упоминается в повести «Раковый корпус» (Там же).

…как / Мог забыть я опухших больных доходяг? / И расстрел? и трёх тысяч три дня голодовку? – В «Архипелаге ГУЛАГе» А. С. рассказывает, как 22 января 1952 г. на 1-м лагпункте Экибастуза зэки бросились ломать заплот вокруг БУРа, чтобы через окошко залить бензином и поджечь камеру спрятанных там стукачей. С угловых вышек по зоне стали садить из пулемётов. И среди убитых и раненых были даже те, кто находился в бараке. Затем на лагпункт взводом вошли автоматчики конвоя, веером сеча во все стороны, а за ними – разъярённые надзиратели с железными трубами и дубинками. С утра 24-го все три тысячи зэков лагпункта остались в бараках и начали голодовку, продолжавшуюся трое суток.

«Этих трёх суток нашей жизни, – продолжает писатель, – никому из участников не забыть никогда. ‹…›

Голодовку объявили не сытые люди с запасами подкожного жира, а жилистые, истощённые, много лет каждодневно гонимые голодом, с трудом достигшие некоторого равновесия в своём теле, от лишения одной стограммовки уже испытывающие расстройство. И доходяги голодали равно со всеми, хотя три дня голода необратимо могли опрокинуть их в смерть. ‹…›

Голодовку объявили люди, десятилетиями воспитанные на волчьем законе: “умри ты сегодня, а я завтра!” И вот они переродились, вылезли из вонючего своего болота и согласились лучше умереть всем сегодня, чем ещё и завтра так жить» (Т. 6. С. 229–230).

{205} …девушки из Ярославля, / Жили три учительницы, жили три невесты. – Три девушки – Валя Трантина, Лида Ладыгина, Люся Ломтева – окончили Ярославское педучилище и были посланы по распределению в Казахскую ССР, в аул Кок-Терек. Сообщено Н. Д. Солженицыной.

Клеткам счёт не потеряли… – т. е., вышивая, на стихи не отвлекались. Вышивали девушки крестиком, заполняя каждую клеточку, образованную вперекрест натянутыми нитками канвы. Закончив вышивку, эти нитки выдёргивали.

Стихотворение написано в 1953 г., но название более позднее, потому что долее четверти века у самой «Дороженьки» было другое заглавие – «Шоссе Энтузиастов».

{206} Я боюсь, она изменит наш обычай, / Длить беседы нам вечерние не даст… – По-видимому, свидетельство того, что работа над поэмой продолжалась в ссылке.

…двенадцать лет спустя… – Автор исключает войну и лагерь из опыта личной жизни.

{207} …Что в мире нет виноватых, / Хотел я провесть, как Толстой… – За два года до смерти Л. Н. Толстой начал писать прозу, озаглавленную «Нет в мире виноватых». Остались три начала, совершенно отличные друг от друга. О своём замысле писатель рассказывал: «Мне вот именно, если Бог приведёт, хотелось бы показать в моей работе, что виноватых нет. Как этот председатель суда, который подписывает приговор, как этот палач, который вешает, как они естественно были приведены к этому положению, так же естественно, как мы теперь тут сидим и пьём чай, в то время как многие зябнут и мокнут» [179] Н. Н. Гусев. Два года с Толстым. М.: Худож. лит., 1973. С. 152. .

Стихотворение написано в ноябре-декабре 1953 г. В 1966 г. А. С. записал его для «Чукоккалы» (в автографе дата – 1952). Печаталось: «Наше наследие». 1989. № 4. С. 75 (факсимиле в публикации Е. Ц. Чуковской «Мемуар о “Чукоккале”»); «Ставропольская правда». 13 окт. 1990 (автограф из «Чукоккалы»); Чукоккала: Рукописный альманах Корнея Чуковского. М.: Премьера, 1999. С. 344 (факсимиле); То же. М.: Рус. путь, 2006. С. 540–541; 2-е изд., испр. Там же, 2008.