Пелам Вудхаус - Джим с Пиккадилли

Джимми.

Папа, я знаю, ты поймешь. Иначе поступить нельзя. За меня не волнуйся, у меня все в порядке. Вернусь на старую работу, добьюсь бешеного успеха. А ты – полный вперед! Заполучи титул и встретимся у входа в «Поло». Жду.

Я – мерзавец!

Молодой клерк в агентстве прямо возликовал, увидев Джимми снова. С солнечной улыбкой он выхватил из-за уха карандаш и погрузил его в чрево «Атлантика».

– Как насчет «Е» за сто долларов восемь центов?

– Вполне.

– Немножко, конечно, опоздали, в список пассажиров уже не включишь…

Джимми не ответил. Он сурово смотрел на только что вошедшую девушку с рыжими волосами.

– Вы тоже плывете на «Атлантике»?! – воскликнула она, взглянув на схему. – Вот совпадение! И мы только что решили отплыть на нем. В Англии нас больше ничего не держит, мы так соскучились по дому. Как видите, меня не задавило после того, как мы с вами расстались.

От чудесного разрешения загадки поехавший было чердак встал на место; так гром разряжает наэлектризованный воздух. Чувство, что он сходит с ума, растаяло, разгадка тайны проста. Видимо, девушка слышала о нем в Нью-Йорке или даже знала его знакомых, и неприязнь к нему, которую так вольно и убежденно она выражала в ресторане, порождена слухами, а не личным знакомством. Она не знает, что он – Джимми Крокер!

– Ваше имя, пожалуйста.

Мозги его снова качнулись. Ну почему именно сегодня все это с ним творится? Ему требуется нежнейшее обхождение! У него разламывается голова! Клерк смотрел выжидательно. Английские фамилии, все до единой, выскочили у Джимми из головы. Потом сверкнуло озарение.

– Бейлисс! – воскликнул он.

– Значит, вот вы кто, – протянула руку рыжая девушка. – Я – Энн Честер. Рада познакомиться, мистер Бейлисс.

Клерк кончил заполнять билет и пришлепнул на него ярлык и розовую бумажку. Бумажка, тупо сообразил Джимми, – это бланк, который надо заполнить. Он просмотрел его и нашел, что документ чересчур уж доскональный. На некоторые вопросы ответить можно было с ходу, другие требовали длительных раздумий.

«Рост?» – Просто. Пять футов одиннадцать дюймов.

«Волосы?» – Тоже просто. Каштановые.

«Глаза?» – Проще не бывает. Голубые.

Но следующий вопрос был более обидного свойства:

«Сколько раз женаты?»

Ответить Джимми мог. Один, один, один. Одной жены вполне хватит, при условии, что у нее золотисто-рыжие волосы, золотисто-карие глаза, четкого рисунка губы и ямочка на щеке. Какие бы сомнения ни роились у него относительно других пунктов, здесь он не колебался.

«Сидели ли вы в тюрьме?» – Пока нет.

И самый сложный:

«Нет ли психических заболеваний?»

Джимми засомневался. Чернила на пере высохли. Он размышлял.

В темных недрах Паддингтонского вокзала нетерпеливо фыркал поезд, готовый везти пассажиров к пароходу, изредка разнообразя фырканье пронзительным вскриком. Стрелки вокзальных часов указывали без четверти шесть. На платформе роились путешественники, носильщики, багаж, сундуки, торговцы булками и фруктами, продавцы газет и журналов, друзья, родственники и Бейлисс, стоявший, как верный пес, рядом с большущим чемоданом. На человеческий прибой, который кружил и разбивался об него, он не обращал ни малейшего внимания. Дворецкий высматривал своего молодого хозяина.

Джимми врезался в толпу, как боевой клин. Двое мальчишек с булками-фруктами, загораживающие проход, отлетели, точно листья под осенним ветром.

– Молодец! – Джимми взял чемодан. – Боялся, вы не сумеете приехать.

– Хозяйка обедает вне дома, мистер Джеймс. Вот и удалось ускользнуть.

– Упаковали все, что требуется?

– Сколько вместил чемодан, сэр.

– Чудесно. А, кстати! Передайте это письмо моему отцу, ладно?

– Хорошо, сэр.

– Рад, что вам удалось удрать. Мне показалось, что голос у вас какой-то неуверенный.

– Удивился очень, мистер Джеймс. Ваше решение крайне неожиданно.

– Как у Колумба. Слыхали про такого? Увидел яйцо – и сорвался с места, точно американский заяц.

– Извините мою вольность, мистер Джеймс, но, может, несколько опрометчиво…

– Не лишайте жизнь радости, Бейлисс. Да, я круглый болван, но постарайтесь забыть про это. Напрягите волю.

– Добрый вечер, мистер Бейлисс! – окликнул голосок позади.

Обернулись оба. Дворецкий застенчиво посмотрел на видение в прекрасном сером костюме.

– Добрый вечер, мисс, – нерешительно отозвался он. Энн удивленно взглянула на него, но тут же и улыбнулась: