Вашингтон Ирвинг - Сочинения

Христианские писатели, обсуждая появление Мухаммеда, которого называют врагом церкви, приводят суеверные рассказы о различных чудесах, совершившихся около того времени, – страшных предвестниках смут. В Константинополе явилось много уродов и были страшные видения, вселявшие ужас в сердца очевидцев. Во время некоторых религиозных процессий кресты внезапно начинали сами двигаться и сильно колебаться, приводя присутствующих в ужас и изумление. Нил – древняя мать чудес – родил двух монстров, не то мужчин, не то женщин, которые, выйдя из его вод, несколько времени страшно оглядывались кругом и потом снова скрылись в волнах. В течение целого дня солнце казалось уменьшенным на треть против обыкновенной величины и бросало бледные, печальные лучи. В одну темную, безлунную ночь адский огонь ярким светом озарил небо, на котором засверкали кровавые копья.

Старые служители Бога мрачно качали головами, предсказывая наступление царства Антихриста, великих гонений на христиан и разорение церквей. Многие из этих святых высказывали намерения прославить Бога прежде, чем исполнятся их пророчества, и уже с высот небес смотреть с состраданием на смуты в христианском мире, подобно людям, которые, стоя на безоблачных высотах гор, смотрят вниз на бури, бушующие на земле, и на море, разрушающее высокие башни и потопляющее большие корабли.

Хотя мы и не имеем здесь в виду подробно изучать учение, проповедуемое Мухаммедом, нам необходимо, однако, рассмотреть его в главных чертах для верной оценки характера и деятельности Мухаммеда и тех событий и обстоятельств, о которых дальше пойдет речь.

Нужно, главным образом, помнить, что Мухаммед не объявлял открыто, что он основывает новую религию, а считал, что только возрождает веру, полученную людьми в очень давние времена непосредственно от Самого Бога. «Мы следуем, – говорится в Коране, – религии правоверного Авраама, не бывшего идолопоклонником. Мы верим в Бога и в то, что ниспослано нам и было ниспослано Аврааму и Измаилу, Исааку и Иакову и племенам их; верим в то, что было даровано от Господа Моисею и Христу и другим пророкам. Мы не делаем различия между ними и покоряемся Богу» [36]. Коран – великая книга, излагающая его веру, – появлялся не вдруг, а по частям, смотря по требованию обстоятельств и по степени возбуждения его чувств.

В Коране говорит как бы Само Божество. «Мы ниспослали тебе книгу истины, подтверждающую ее во всей чистоте» [37]. Закон Моисея был одно время правилом, руководящим жизнью людей. С пришествием Христа он заменен Евангелием, а последнее в свою очередь должно уступить свое место Корану, который более полон, точен и ясен, чем предыдущие законы, и имеет в виду исправить искажения, которые вошли в них по небрежности или испорченности их последователей. После Корана не будет больше Божественных откровений. Мухаммед – последний и величайший из ряда пророков, посылаемых для возвещения воли Бога.

Единство Бога было краеугольным камнем этой исправленной религии. «Нет Бога, кроме Бога» – вот главный ее догмат. К этому руководящему догмату прибавлено: «Мухаммед – Божий пророк». Многое в Коране заимствовано из Библии, Мишны и Талмуда, в особенности же предания об ангелах, пророках, патриархах, злых и добрых джиннах. Мухаммед в детстве проникся уважением к еврейской вере, так как его мать, как предполагают, исповедовала эту религию.

Система, лежащая в основе Корана, опирается главным образом на христианское учение Нового Завета в том виде, как его усвоил Мухаммед, беседуя с христианскими еретиками в Аравии. Христос чтится высоко, как боговдохновенный пророк, величайший из всех посланных раньше Мухаммеда для исправления закона; но всякая мысль о его божественности отвергнута как нечестивая, а учение о Троице объявлено посягательством на единство Бога. И то и другое признано ошибочными или умышленными вставками толкователей; и мнение это, как увидим, разделяли и некоторые арабские христианские секты [38].

Поклонение святым, иконам и картинам, их изображающим, отвергалось как уклонение от чистой христианской веры в сторону идолопоклонства, и таковы были взгляды несториан, с которыми Мухаммед, как мы видели, был коротко знаком.

Всякая живопись, изображающая живые существа, запрещалась. Мухаммед любил повторять, что ангелы не входят в дом, где имеются подобные изображения, а людей, рисующих их, они обяжут в будущем мире под страхом наказания найти душу для своих картин.