Во время рассказа Лесного Фавна начало смеркаться. Несколько раз к концу его рассказа из лесу доносится слабый зов о помощи. Теперь появляется Гейнрих. Гейнрих, совершенно измученный на вид, делает усилия, чтобы дотащиться до хижины. Лесной Фавн тотчас же исчезает в лесу, Никельман – в колодец.
Гейнрих
Тридцати лет. Колокольный литейщик. Бледное, скорбное лицо.
Эй, кто там? Отворите! Отворите!
Сорвался я, дорогу потерял я.
Эй, помогите! Силы – больше – нет.
Без чувств падает на траву около входа в хижину.
Багряная полоса облаков над горами. Солнце зашло. Веет прохладный ночной ветер над лугом. Старая Виттихенс корзинкой на спине, прихрамывая, выходит из лесу. Белые как лунь волосы распущены. Лицом она напоминает скорее мужчину, чем женщину. Борода как пух.
Старая Виттихен
Рутандля, где ты? Выйди, помоги мне!
Так много набрала – тащить невмочь.
Рутандля! Да иди же! Силы нет!
Куда запропастилася она?
(Вслед пролетающей мимо летучей мыши)
Эй, старая летучка, слушай, что ли!
Еще успеешь зоб себе набить.
Слышь, что ль! Влети в оконце слуховое,
Взгляни, девчонка в доме, что ль? Скажи,
Чтоб шла сейчас. А то гроза сберется.
(Грозясь на небо, озаренное зарницами)
Эй-эй! Не сумасшествуй! Подержи
Немножечко своих козлят в закуте!
Ишь, красной бородой своей пугает.
Постой! Рутандля! Где же ты, Рутандля!
(Подзывая белку, которая прыгает через дорогу)
Белка, белочка, послушай, дам тебе я желудь славный!
Ты всегда горазда бегать, для меня ты будь исправной!
Ты прыгни туда в домишко и девчонку там найди,
Молви ей: «Скорей, Рутандля: кличет бабушка, иди!»
(Она спотыкается о Гейнриха.)
Что тут такое? Что это лежит?
Скажи, любезный, что тебе здесь нужно?
Ну, дело дрянь! Тут толку не добьешься!
Да умер что ли ты? Рутандля! Ну!
Вот этого как раз недоставало!
Они уж у меня и так на шее,
Судья и пастор: травят как собаку.
Еще недостает, чтоб у меня
Нашли здесь тело мертвое. С домишком
Придется распрощаться мне тогда:
Они его назначат на растопку.
Эй, ты! Не слышит.
Раутенделейн выходит из домика и смотрит вопросительно.
Наконец пришла!
Смотри, к нам гость пожаловал, да знаешь,
Такой, что слова вымолвить не хочет, –
Поди-ка, принеси охапку сена
Да постели ему.
Раутенделейн
Виттихен
Ишь!
Что ж стал бы он там в комнатенке делать?
(Уходит в дом).
Исчезнув на одно мгновение в доме, Раутенделейн показывается с охапкой сена. Она хочет стать около Гейнриха на колени в ту минуту, как он открывает глаза.
Гейнрих
Где я? Скажи мне, доброе созданье!
Раутенделейн
Гейнрих
В горах. Я это знаю,
Но как, скажи мне, я попал сюда?
Раутенделейн
Ах, милый странник, я сама не знаю.
Но стоит ли об этом горевать?
Смотри сюда: здесь есть и мох и сено.
Склонись, вот так. Теперь лежи спокойно,
Ты должен хорошенько отдохнуть.
Гейнрих
Я должен отдохнуть. Да, это правда.
Но отдых мой далек. Далек, дитя!
(С тревогой).
И знать хочу я, что ж со мной случилось?
Раутенделейн
Гейнрих
Мне… я думал…
Едва я только думать начинаю,
Опять все представляется мне сном.
Да, сном. Теперь я тоже сплю.
Раутенделейн
На, выпей,
Здесь молоко. Немножко подкрепишься.
Гейнрих
(торопливо)
Да, выпить, выпить. Дай мне – что там есть.
Пьет из сосуда, который она ему держит.
Раутенделейн
(пока он пьет)
Мне кажется, ты не привык к горам,
Ты верно из породы человечков,
Которые хозяйствуют в долине,
Взошел на горы слишком высоко.
Здесь так на днях один охотник гнался
За горной дичью быстрой по следам,
Сорвался, и разбился на уклоне.
Как думаю я, впрочем, – тот охотник
Другой был, не такой совсем, как ты.
Гейнрих
(выпил молока и, не отводя глаз, в экстазе удивления смотрит на Раутенделейн).
Еще! О, говори еще, скорее!
Твое питье усладой было мне,
Твои слова услада мне двойная.
Читать дальше