Александр Дюма - Сальватор

Затем, взяв в ладони лицо коленопреклоненного монаха, посмотрел в него с нежностью и гордостью, поцеловал в лоб и знаком показал на дверь, боясь, вне всякого сомнения, что наполнившее его сердце волнение перерастет в рыдания.

И монах, тоже почувствовав, как силы изменили ему, отвернулся, чтобы скрыть от отца брызнувшие из глаз слезы, а затем стремительно вышел из камеры.

Когда аббат Доминик выходил из тюрьмы «Консьержери», часы пробили четыре раза.

На улице монаха поджидал Сальватор.

Молодой человек, увидев взволнованное состояние аббата, догадался о том, что происходило в его душе, и понял, что разговором об отце он только разбередит его рану. А посему он сказал всего лишь:

– И что же вы теперь намерены делать?

– Я отправляюсь в Рим.

– Когда?

– Как можно скорее.

– Вам нужен паспорт?

– Может быть, моя одежда сможет заменить его мне. Но все же для того, чтобы не возникало никаких задержек, я предпочел бы иметь паспорт.

– Тогда пошли за ним. Мы находимся в двух шагах от префектуры полиции. И я надеюсь, что смогу сделать так, что получение его не займет у вас много времени.

Спустя пять минут они уже входили во двор префектуры полиции.

При входе в отдел по выдаче паспортов они едва не столкнулись в темном коридоре с каким-то человеком.

Сальватор узнал господина Жакаля.

– Прошу извинить меня, мсье Сальватор, – сказал полицейский, узнав молодого человека. – Я не стану спрашивать у вас, какому счастливому случаю я обязан тем, что снова вижу вас.

– Почему же вы не хотите спросить меня об этом, мсье Жакаль?

– Да потому что я знаю, зачем вы пришли.

– Вы знаете, что привело меня сюда?

– Разве мое положение не обязывает меня знать все?

– В таком случае, почему же я пришел сюда, дорогой мсье Жакаль?..

– Вы пришли за паспортом, дорогой мсье Сальватор.

– Для себя? – со смехом спросил Сальватор.

– Нет… Для мсье, – ответил господин Жакаль, указывая пальцем на монаха.

– Мы с братом Домиником стоим рядом с отделом выдачи паспортов. Вы знаете, что дела удерживают меня в Париже. Отсюда нетрудно догадаться, дорогой мсье Жакаль, что я пришел за паспортом и что паспорт нужен этому господину.

– Да. Но главное было в том, чтобы предугадать ваше желание.

– Ах, ах!.. И вы его предугадали?

– Настолько, насколько мне позволила сделать это моя ничтожная предусмотрительность.

– Не понимаю.

– Не соизволите ли из дружеского ко мне расположения пройти с мсье аббатом со мной, дорогой мсье Сальватор? И тогда вы, возможно, все поймете.

– И куда же вы хотите нас отвести?

– Да в комнату, где выдаются паспорта. И там вы увидите, что паспорт для мсье аббата уже готов!

– Готов? – произнес Сальватор с сомнением.

– О, бог мой, конечно, готов, – ответил господин Жакаль со столь знакомым нам выражением добродушия на лице.

– И даже с приметами?

– Даже с приметами. Там не хватает только росписи мсье аббата.

Они подошли к конторке, стоявшей прямо перед дверью.

– Паспорт мсье Доминика Сарранти, – сказал господин Жакаль начальнику отдела, сидевшему в маленькой деревянной клетушке.

– Вот он, мсье, – ответил начальник отдела, протягивая паспорт господину Жакалю. Тот передал его монаху.

– Это то, что нужно, не так ли? – продолжал господин Жакаль, видя, что Доминик с удивлением посмотрел на официальную бумагу.

– Да, мсье, – ответил аббат. – Это то, что нужно.

– В таком случае, – сказал Сальватор, – нам остается только получить визу у господина папского нунция.

– Это совсем просто, – произнес господин Жакаль, беря из табакерки большую щепоть табака и с наслаждением втягивая его ноздрей.

– Но этим вы оказали нам огромную услугу, дорогой мсье Жакаль, – произнес Сальватор. – И я не знаю, как выразить вам мою признательность.

– Не стоит об этом и говорить. Ведь друзья наших друзей – наши друзья, не так ли?

Господин Жакаль произнес эти слова с таким пожатием плечами, с таким добродушным выражением на лице, что Сальватор посмотрел на него с подозрением.

У него иногда уже бывали моменты, когда он готов был принять господина Жакаля за филантропа, который избрал для себя профессию полицейского только из любви к человечеству.

Но именно в этот самый момент господин Жакаль бросил на него мельком один из тех взглядов, которые указывали на его сходство с животным, чье название было созвучно его фамилии.

И Сальватор сделал Доминику знак подождать его. А сам обратился к полицейскому: