Томас Майн Рид - Белый вождь

Вручив кошелек Хосефе, сеньорита быстро повернула своего красавца мустанга и поскакала обратно, к городу.

Нечего было сомневаться в том, что Хосефа не забудет провести ночь на ферме, куда она отправлялась, ибо этот ночлег представлял для нее столько же интереса, сколько и для ее госпожи. Она давно уже испытывала нежные чувства к Антонио и потому вовсе не торопилась возвращаться домой. Если она найдет его на ферме, то пребывание там будет ей в радость; если его там не окажется, она останется в надежде дождаться его. Благодаря этой приятной перспективе и обладанию значительной суммой pesos (золотых), шестой части которых ей хватит на все расходы, Хосефа увидела все в розовом цвете: грубая простая повозка превратилась для нее в одну из тех прекрасных карет с бархатными подушками и на висячих рессорах, которые известны были ей только понаслышке, но которых она никогда не видела. И впереди – встреча с Антонио!

Положив к себе на колени голову Розиты и прикрыв бедняжку своей шалью, чтобы защитить ее от вечерней сырости, добрая девушка велела работнику ехать дальше.

Работник прикрикнул на волов, и повозка снова покатилась по пыльной дороге.

Ранняя обедня аккуратно и усердно посещается мексиканскими сеньорами, в особенности теми, которые живут в городе. На рассвете они выходят из широких дверей своих домов и быстро отправляются по городским улицам в церковь под оглушительный звон колокола. Они закутываются до такой степени, что их невозможно узнать: кто побогаче – в мантильи или шелковые шали, кто победнее – в скромные шали ярких цветов. Каждая несет под мышкой небольшую переплетенную книжечку ( missa ) – молитвенник.

Последуем же за ними в храм, посмотрим, что там происходит.

Если вы опоздали к началу, остановитесь у двери, и вы увидите сотни коленопреклоненных людей, собственно говоря, увидите их спины. Хотя их лица скрыты от вас, однако нетрудно и по спинам определить и узнать людей по сословиям и по состоянию. Некоторые дамы оставляют шаль на голове, другие позволяют себе накинуть ее на плечи. Вот уже два разных стиля! У хорошеньких простолюдинок конец шали грациозно переброшен назад, а у их матерей без вкуса шаль висит часто без всякого изящества, и нередко двусмысленной чистоты. Здесь вы увидите спину, облеченную в короткую куртку из легкой материи – это лавочник; там перед вами спина, прикрытая поношенной кожаной одеждой, – это водовоз ( aguador ). Дальше – спина щеголя ( guapo ), одетого в мягкий нарядный тонкий плащ, – в противоположность спине бедняка, едва прикрытой лохмотьями изношенного серапе.

Одним словом, перед вами предстанут спины всякие – широкие, узкие, прямые, сутулые; вы даже можете встретить две или три горбатые спины, особенно если это церковь большого города. Но в каждом мексиканском храме, куда бы вы ни зашли во время службы, я обещаю вам самый разнообразный выбор спин.

Впрочем спины не располагаются в каком-то порядке. Вовсе нет! Спина дамы, закутанной в дорогую шаль, может оказаться между двух засаленных грубых шалей; спина в заплатанном серапе бедняка будет рядом со спиной надушенного франта в прекрасном шерстяном плаще. Я не отвечаю за иерархический порядок всех этих спин, а ручаюсь только за их количество и разнообразие.

Единственное лицо, которое вы увидите, – это выбритая физиономия плотного патера, одетого в полотняную сутану. Было время, видимо, давно, когда она имела белый цвет и была чистой, однако сейчас она напоминает вещь, брошенную в корзину для стирки, но почему-то не выстиранную и возвращенную ее владельцу. Сам патер похож на праведника ничуть не больше, чем самый грешный член его паствы. Он носится по своему небольшому возвышению с жезлом или кадилом, из которого курится ладан, он берет куколку – изваяние святого и невнятно бормочет во время этого представления нечто непонятное якобы по-латыни. Глядя на все это и слушая патера, вы вспомните игру мистера Робина или пьесу «Великий маг», конечно, если вы их видели.

В следующий момент раздавшееся позвякивание колокольчика вдруг изменит положение всех спин, обозреваемых вами. На короткое время спины изменят свое положение самым удивительным образом: они будут не вертикальными, как в общем-то принято, а какими-то искривленными, будто поникшими. В это время, возможно, перед вами промелькнет и лицо, но только в профиль, и если оно окажется красивым, вы забудете о спине, тем более что в этом случае перед вами окажется не спина, а бок. А если вы увидите удивительно красивый профиль, то отметите наверняка и не слишком набожное выражение этого лица: кокетливый, лукавый взгляд, обращенный… Здесь, если вы внимательны и наблюдательны, то увидите еще один профиль, более жесткий, грубо очерченный, на который и направлены лукавые взгляды. Все это случается в те минуты, когда спины, отдыхая, поникают. Такая поза может показаться загадочной, непонятной с анатомической точки зрения, хотя все это довольно просто. Тому, кто знает, как это делается, легко изменить положение спины таким образом: просто перенести на бедра опору с колен. Но все это преобразование остается скрытым от ваших глаз, поскольку скрыто за шалями, мантильями, юбками.