Софья Сегюр - Сестра Грибуйля

Первое лицо, которое они повстречали, было лицо м-ль Розы; она обратилась к ним сухим и дерзким тоном:

– Чего надо? Просить пришли? Госпожа Дельмис не нуждается в новых попрошайках: у нее их и без вас достаточно.

КАРОЛИНА, спокойно . – Мы пришли не за милостыней, мадмуазель Роза; брат помог мне донести госпоже Дельмис платья, которые она заказала. Будьте добры, мадмуазель, передайте ей, что я их принесла и очень хотела бы произвести примерку, чтобы увидеть, как они ей подойдут.

М-ЛЬ РОЗА, грубо . – Оставьте тут; без вас посмотрят; госпожа Дельмис занята.

КАРОЛИНА. – Когда я смогу вернуться за платой, мадмуазель?

М-ЛЬ РОЗА. – Очень уж вы торопитесь! Вам одним, что ли, платить надо?

КАРОЛИНА. – Извините, дело в том, что после смерти матери издержки на похороны поглотили все мои денежные запасы…

М-ЛЬ РОЗА. – Вот плоды гордыни! Вам заблагорассудилось вообразить себя богачкой: и полное освещение, и торжественная служба, как будто для бог знает каких господ; а потом мадмуазель сидит без хлеба и заявляется беспокоить хозяев, не дав им даже времени взглянуть на работу!

Каролина не ответила; она позвала брата, поспешно отворила дверь и стремительно вышла, думая, что Грибуйль последовал за ней.

Но Грибуйль, раздраженный дерзкими выпадами м-ль Розы, отлично понял, по исказившемуся лицу Каролины, что она была тяжело оскорблена; вместо того, чтобы пойти за сестрой, он схватил с земли горшок, полный грязной воды, и, подкравшись к м-ль Розе, с презрением повернувшейся к ним спиной, нахлобучил горшок ей на голову, облив помоями сверху донизу; после чего быстро и бесшумно отворил дверь кухни и побежал за сестрой.

М-ль Роза, досыта нахлебавшись воды, стянула свой головной убор и, в бешенстве и изумлении оглядевшись вокруг, убедилась, что в кухне никого нет; она распахнула дверь, никого не увидела и решила, что ее палач спрятался в доме; со всех ног кинувшись на поиски, она металась из комнаты в комнату, пока не добежала до гостиной, где сидели господа Дельмис с друзьями.

При виде перепуганной Розы, в потеках грязной вонючей воды, все в ужасе повскакали с мест и разразились воплями:

– Что такое? что случилось?

РОЗА. – Злодей! Негодяй! Я ищу эту сволочь, мерзавца, который меня облил! Где он? Вы его видели? Куда он девался? Я ищу его повсюду!

Г-Н ДЕЛЬМИС. – Вы сошли с ума, Роза! Как вы оказались в таком виде? О каком злодее вы говорите?

РОЗА. – Негодяй, который на меня это напялил! Как найду, зубы ему выбью! В печку затолкаю!..

Г-Н ДЕЛЬМИС. – Замолчите! Прекратите! Уйдите и смените одежду: вы мне запачкаете мебель и паркет.

Роза немного опомнилась и увидела по суровому виду г-на Дельмиса, что он серьезно недоволен, ничего не поняв в происшествии, о котором она доложила чересчур невнятно. Она молча отправилась отмываться и менять одежду, еще более разозлившись от того, что не смогла найти виновника; на мгновение она заподозрила Грибуйля, но не застав его в момент события, зная его чрезвычайную ограниченность и не предполагая, что он что-либо понял в дерзостях, которые она наговорила Каролине, решила, что он ушел с сестрой, и кроме того, ему были недоступны ни изобретательная дьявольская идея такой ловкой мести, ни способность скрыться так стремительно, что она его не увидела. Она пришла к выводу, что кто-то проник на кухню вслед за Каролиной, что он спрятался в доме, может быть, в самой кухне, и сбежал в то время, когда она бегала из комнаты в комнату в его поисках. Весь свой гнев она обратила на ни в чем не повинную Каролину и принялась осуществлять свои мстительные замыслы; с этой целью она вечер перепарывала и ушивала платья госпожи Дельмис, сделав их невозможно тесными при надевании.

На следующий день г-жа Дельмис вновь заговорила с ней о вчерашнем приключении, и на этот раз м-ль Роза все разъяснила спокойно и кротко. Г-жа Дельмис не смогла удержаться от улыбки при рассказе о гневе м-ль Розы и, чтобы отвлечь внимание, спросила, не приносила ли вчера Каролина ее платья.

РОЗА. – Сейчас должна принести, сударыня. Если угодно, я сразу их доставлю к вам наверх.

Г-ЖА ДЕЛЬМИС. – Да, принесите; я хочу их примерить, хотя с Каролиной это излишняя предосторожность: они всегда сидят наилучшим образом.

М-ль Роза ответила со злой улыбкой:

– О! Тут мадам права! Это несравненная работница.

Когда платья были доставлены, г-жа Дельмис взяла одно на примерку: рукава не пролезали, проймы оказались узки.

Г-ЖА ДЕЛЬМИС. – Глядите-ка, Роза: я не могу просунуть руку в рукав, такой он тесный.