Питер Акройд - Чарли Чаплин

Фильм словно притягивал проблемы и несчастья… Перед самым началом съемок, в декабре 1925 года, сильная буря повалила цирковой шатер, установленный на съемочной площадке. Работу пришлось отложить. Чарли решил, что для центрального эпизода картины должен научиться ходить по канату. Ему приснился сон, что он идет по канату, и в это время на него нападают две обезьяны. Возможно, это был туманный образ его семейной жизни… Чаплин тренировался в добровольно выбранном и очень сложном искусстве канатоходца до тех пор, пока не овладел им в совершенстве. Через три недели сцена была снята, но затем выяснилось, что на всех дублях пленка испорчена царапинами. Материал оказался никуда не годным. Чаплин пришел в ярость и уволил всех техников лаборатории. Пришлось снимать еще раз, но часть первоначальной живости и энергии, естественно, исчезла.

Осенью 1926 года на съемочной площадке вспыхнул сильный пожар, уничтоживший шатер цирка и бóльшую часть реквизита. Чарли был еще более мрачным и подавленным, чем обычно, еще и потому, что налоговое управление США начало расследование, подозревая его в недоплате и возможном мошенничестве. Он забросил работу и уединился в доме, построенном в северной части территории студии. Чарли отказывался принимать кого-либо, за исключением нескольких близких друзей. Говорили, что он парализован страхом и нерешительностью, боится ареста имущества и тюремного заключения.

9 января 1927 года Чаплин тайно сел на поезд и уехал в Нью-Йорк. На следующий день Лита подала на развод. Ее заявление занимало 52 страницы. Миссис Чаплин обвиняла мужа в том, что он называл ее охотницей за деньгами и шантажисткой. Он якобы говорил ей, что если бы она не была эгоисткой и любила его, то избавилась бы от ребенка – сначала одного, а потом второго, как поступали ради него другие женщины. В частности, Чаплин говорил ей, что одна актриса ради него сделала два аборта. Имя этой женщины не называлось, но все предполагали, что речь идет об Эдне Первиэнс. Лита Чаплин также обвинила мужа в том, что он наставлял на нее пистолет и угрожал ей, что в ее отсутствие он сменил замки в доме, а также настаивал, чтобы она сопровождала его во время визитов в дом некой киноактрисы. Возможно, речь шла о Мэрион Дэвис – Чаплин хотел вызвать ревность у молодой жены.

Но самые скандальные и опасные откровения были еще впереди. Лита заявляла, что на протяжении всей семейной жизни во время вышеупомянутых вечеринок, а также в других случаях, слишком многочисленных, чтобы их указывать конкретно, супруг просьбами, уговорами и требованиями добивался у нее согласия совершать действия и поступки для удовлетворения своих ненормальных, неестественных, извращенных и низменных сексуальных желаний, слишком отвратительных, недостойных и аморальных, чтобы подробно описывать их в данном исковом заявлении. Приводилась лишь ссылка на статью 288 Уголовного кодекса штата Калифорния, запрещавшую – даже супругам – содомию и оральный секс. Чаплин якобы говорил ей: «Все женатые люди этим занимаются. Ты моя жена и должна делать то, что я хочу».

Эти 52 страницы очень скоро стали известны падкой до «клубнички» и сенсаций публике: «Иск Литы» (The Complaint of Lita) продавался на всех перекрестках Лос-Анджелеса по 25 центов за экземпляр. По пути в Нью-Йорк Чаплин выступил с заявлением: «Я осознаю, что временно оказался в тяжелом положении, но те, кто меня знает и любит, не будут обращать внимания на обвинения, поскольку им известно, что это неправда».

16 января врач Чаплина объявил, что его пациент переживает серьезный нервный срыв. На кадрах кинохроники того времени Чарли не похож на себя, его лицо дергается. Шофер Чаплина Торики Коно рассказывал Ролли Тотеро, что хозяин пытался выпрыгнуть из окна спальни своего гостиничного номера в Нью-Йорке. После этого Коно четыре дня и четыре ночи не спускал с него глаз. Врач запретил доставлять пациенту газеты, но Чаплин настаивал, что должен видеть статьи, касающиеся его бракоразводного процесса. Коно считал, что хозяин получает своего рода своеобразное удовольствие от нападок на него. Пола Негри тоже заметила, что ему нравилась ее резкая критика. Чаплин всегда считал, что ему угрожают враги, замышляющие его уничтожить, но на самом деле главной причиной его несчастий был он сам.

Так или иначе, Чарли сумел преодолеть психологический кризис и стал ненадолго покидать свой номер в отеле. Через нанятых адвокатов он добился предварительного – временного – соглашения с налоговым управлением. Наконец было готово и соглашение о разводе. Миссис Чаплин угрожала обнародовать имена шести актрис, с которыми ее супруг имел близкие отношения, будучи женатым на ней. Одной из этих женщин являлась Мэрион Дэвис… Разумеется, подобное разоблачение было просто немыслимым, и Чарли прислушался к совету юриста – тот рекомендовал как можно скорее уладить дело. Таким образом, 22 августа Лите Чаплин присудили 625 тысяч долларов, а ее сыновья были защищены трастовым фондом, размер которого составил 200 тысяч долларов. На тот момент это была самая крупная сумма в истории Америки, выплаченная при разводе, но репутация Чаплина оказалась безнадежно испорчена.