Роман Галкин - Обреченный взвод

Пока продвигался в очереди на погрузку, подумал о том, что вместе с курсантами каждые полгода проходит проверку и большинство постоянного состава учебной части.

Заняв свою ячейку в напоминающем рыбий скелет десантном модуле, откидываюсь в кресле и только сейчас понимаю, как вымотался за почти восьмичасовой рейд. Урчание в животе сообщает, что давно пора что-нибудь съесть. Забрасываю в рот пару кубиков энергетического шоколада. Однако желудок не обманешь – он настойчиво требует что-нибудь существенного. Ничего, кроме минеральной воды, предложить не могу. Во-первых, в любую минуту может последовать очередная команда. Во-вторых, набивать желудок перед десантированием не рекомендуется. Вообще-то у меня тренированный вестибулярный аппарат, но мало ли…

В подтверждение того, что мысль материальна, перегрузка вдавливает в кресло как раз в тот момент, когда я делаю очередной глоток минералки. Громко кашляю, забрызгивая обзорный экран, при этом непроизвольно прижимаю плечом ларингофон.

– Сто двенадцатый, подавился что ли? – раздается голос взводного.

– Так точно, господин лейтенант, – отвечаю, откашлявшись, и поясняю: – Я как раз пил воду, когда транспорт взлетел.

– Я тоже чуть не подавился, – простодушно сообщает жующим голосом Логрэй.

– Девяноста восьмой, заткнись, – одергивает его офицер и, повысив голос, объявляет: – до подлета к месту пятнадцать минут.

Убираю шоколад – не хватало еще подавиться во время выброски.

На короткое время возникает ощущение невесомости, после чего вновь постепенно нарастает перегрузка. Темноту палубы перечеркивает яркая горизонтальная полоска, которая продолжает расширяться, пропуская внутрь все больше солнечного света. Через открывшиеся створки видно несколько следующих за нами транспортов.

Звучит команда: «Приступить к десантированию!», дублируемая световыми и звуковыми сигналами, и выброска начинается. Один за другим модули подкатывают к распахнувшемуся борту и, скользнув по нижней створке, вываливаются наружу. Несколько мгновений свободного падения, наполняющие душу животным ужасом, сменяются резким рывком, от которого темнеет в глазах. Наконец полет модуля выравнивается, и я начинаю глубоко дышать, чтобы успокоить взбаламученные внутренности.

Бросаю взгляд вокруг и на некоторое время выпадаю из реальности, пораженный открывшейся картиной.

Если не считать бесконечных занятий на симуляторах, то до сего дня мы всего два раза отрабатывали десантирование – в дневное и ночное время. Но оба раза с гораздо меньшей высоты и в составе одного отделения. Теперь наш модуль находился среди большой группы таких же аппаратов. Словно стая неведомых летучих чудовищ мы несемся к приближающимся вершинам сопок. Подсвеченные яркими цветами заката облака придают картине особую мистическую фантастичность.

– Сброс! – разносится по общей связи.

БПРы и прочая техника отстыковывается от ребер модулей и осыпается вниз, словно созревшие плоды.

Несмотря на то, что в этот раз мысленно я был готов к падению, дыхание перехватывает, и сердце тревожно замирает. Прежде чем робота рвануло кверху автоматически раскрывшимся крылом параплана, успеваю заметить удаляющуюся в сторону алеющего закатом горизонта стаю рыбьих скелетов. Интересно, у меня одного такие ассоциации, связанные с десантными модулями?

– Не расползаться! – звучит приказ командира взвода, – При обнаружении условного противника открывать огонь на поражение!

И тут же экран расцвечивается красными пятнами целей с указанием их характеристик.

Маневрируя с помощью ранцевого ускорителя, успеваю сделать несколько выстрелов перед посадкой.

Рельеф местности не позволяет использовать гусеничную тягу, потому покидаю кресло и, переместившись в раму управления, сливаюсь сознанием с боевым роботом, видя окружающий мир его камерами, словно собственными глазами.

И вновь продолжительный рейд в составе полка по ставшим ненавистными сопкам…

Сегодня в кафе необычайно мало посетителей. Даже у барной стойки, за которой хозяйничает Альба, есть свободные места.

Мы сидим за одним из столиков и молча пьем томатный сок. За полгода нам так и не удалось толком пообщаться с Сергеем Бужиным – русским сержантом из первой роты.

– А правда, что этот сок отжат из натуральных томатов? – задаю совершенно дурацкий вопрос, глядя на густой красный напиток.