alexz105 - Отражённый блеск

— Единственным противником для Дамблдора останется только Гарольд, — продолжил Десмонд, копаясь в своём мешке. — Но в каком состоянии находится его магия, мы не знаем. И ещё. Через несколько часов специальные отряды начнут облавы в городе. Нам надо уходить.

— И что мы будем делать? — спросил Драко, поглаживая свой многострадальный затылок. — Этих бешеных девок искать?

— К сожалению, Фират и Айрин придётся предоставить их судьбе, — твердо ответил Десмонд.

А Гермиона с явным облегчением подтвердила это соображение энергичным кивком головы и зачем-то сделала жест рукой, повернув вниз большой палец.

* * *

Командование императорской эскадры в полном составе прибыло в резиденцию наместника императора. Официальной причиной для этого стало приглашение Дамблдора, приуроченное к отплытию кораблей в метрополию. Неофициально же усиленно распространялись слухи, что наместник подготовил богатые подарки для отсылки императору и желает наградить командора и капитанов кораблей, чтобы заручиться их расположением и положительными отзывами при дворе.

Всё это было понятно прожжённому интригану Нимусу. Он и сам поступил бы так же. Поэтому у клирика эскадры не возникло ни малейшего подозрения.

Наоборот. Он настоял, чтобы присутствовали капитаны и старшие помощники всех кораблей, рассчитывая в дальнейшем вытянуть у них подарки в счет прощения грехов и путем привычного вымогательства именем Святого Круга.

Приём был обставлен очень шикарно даже по меркам видавших виды имперских царедворцев. Он состоялся в вечернее время. Пылали факелы. Лестницы и полы были устланы коврами. Многочисленные слуги сопровождали почетных гостей от входа в храм до главного зала.

В главном зале был накрыт богатый стол. Ага! Значит это не просто приём, а настоящий банкет! Моряки еще больше повеселели.

После того, как слуги развели и усадили по своим местам всех гостей, появился сам наместник в ослепительно белых одеждах. В руке он держал посох с огромным драгоценным камнем вместо набалдашника. Камень был неприлично велик, и Нимус даже поморщился от неловкости. Ну и дурак же этот Дамблдор. Разве можно показывать всем такое сокровище? Зависть и алчность императора ему, можно сказать, обеспечены!

— Уважаемые гости нашего прекрасного города! Этот праздник в вашу честь! Я счастлив видеть за этим столом весь цвет храброго воинства императора, да продлятся славные дни его правления! Перед началом мне хочется сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! А теперь начнём пир!

Удивление гостей на странное приветствие могло развиться до состояния болезненного, но не успело. В потолок грянули пробки из бутылок с шипучим вином, а сам наместник с невесть откуда появившимся кубком в руке пригласил всех поддержать его тост.

Командор вообще не понял концовки, но здравица императору прозвучала, и ее требовалось поддержать.

— Слава императору! — выкрикнул он, вскакивая на ноги.

— Императору слава! — дружно взревели моряки и припали к своим кубкам.

Баловаться спиртным на кораблях приходилось втихомолку, так как морскими правилами это не одобрялось и могло стать поводом для доноса. А вот на берегу можно было оттянуться от души и не думать ни о чем.

Вино полилось рекой. В том числе и на стол, и на пол. Как ни аккуратничали слуги, но их подопечные расплескивали напитки при каждом тосте, сопровождавшимся буйными здравицами в адрес наместника, империи, императора, и за мать его — вдовствующую императрицу, и за Святой Круг, и вообще, хоть за чёрта лысого, лишь бы наливали побольше и почаще.

Все как-то слишком быстро опьянели. Смех становился всё более развязным, а речи всё более невнятными или откровенно глупыми. Лишь Дамблдор осушал кубок за кубком, не теряя душевного равновесия. Он даже слегка притворялся более пьяным, чем был на самом деле, в то время как глаза его трезво и цепко следили за пирушкой из-под очков-половинок.

Доведя всю компанию моряков до требуемой кондиции, наместник вдруг встал, отступил от стола на несколько шагов и стукнул посохом об пол.

— А сейчас позвольте мне перейти к наиболее приятной части нашего праздника. Я прошу принять от меня скромное подношение для командования и офицеров эскадры. И для духовных пастырей, разумеется, тоже. Прошу всех встать!

Шум и гам мгновенно стихли. Пьяно покачивающиеся моряки начали нехотя подниматься со своих мест. Командор эскадры, глупо улыбаясь и подкручивая усы обеими руками, воздвигся над столом в предвкушении щедрого дара. Нимус вздрогнул и открыл глаза. Он уже успел слегка прикорнуть под шум пирушки.