alexz105 - Отражённый блеск

Но уйти вот так молча — было выше его сил. Презирая себя за слабость, Гарри сжал петлю в руках и обратился к Реддлу.

— Послушай! — голос его хриплый и резкий с эхом разнёсся по камере. — Если ты спасёшься и увидишь Гарольда, то передай ему, что у меня не было другого выхода. А Айрин скажи, что я любил её больше своей жизни…

Том Реддл сел на своем топчане, почесал небритую щёку и задумчиво произнёс:

— Да ты вешайся, вешайся. Я не собираюсь тебе мешать. Правда, соседство с трупом — не самое большое удовольствие, но до очередного караула ты не успеешь протухнуть. Зато в камере станет намного тише и перестанет вонять юношеской истерикой.

Гарри во все глаза смотрел на этого циника, не понимая, как можно быть таким чёрствым и бессердечным.

— А сама по себе идея могла быть неплохая, — продолжал Реддл, кивнув на верёвку в руках Поттера, — только надо было сначала намотать на шею что-то жесткое и прикрыть ее капюшоном. Ну и попробовать, конечно, перед тем, как начинать инсценировку.

— Какую инсценировку? — тупо спросил Гарри.

— Инсценировку самоповешения с целью создания паники и суматохи у охраны для попытки побега.

— Да-а-а? — протянул Поттер растерянно.

Том Реддл нехотя встал, подошел к Гарри, выдернул верёвку из его рук, столкнул парня с топчана и обрушил всю конструкцию на пол камеры.

— Нет! Это имело бы хоть какой-то смысл при надежде на помощь извне. А пока этой надежды нет, надо сидеть, терпеть и ждать! Какой же ты слабый, Поттер! Ради любимых надо жить, а не умирать!

Реддл вернулся на своё место и снова лёг.

— Приберись и верёвку свою убери. Теперь будешь укрываться ей вместо мантии.

Гарри довольно легко восстановил в камере порядок и сел, неуверенно поглядывая на Реддла.

— Разве умереть, чтобы сохранить жизнь другому, это слабость? — спросил он, наконец, явно задетый за живое замечанием Тома.

— Конечно, слабость. Ты всегда был слабаком, Поттер. Тебе просто очень везло, и тебя постоянно прикрывали.

— Ты-то откуда знаешь? — ощетинился Гарри.

— Знаю.

— Тем не менее, некий Воландеморт погиб от руки Поттера, — язвительно заметил юноша.

— Тот Поттер, который сделал это, — невозмутимо отозвался Реддл, — никогда не стал бы помышлять о добровольной смерти. Никогда! Жизнь выковала из него бойца, а ты остался просто Гарри в теле дюжего амбала.

— Да что вы мне все тыкаете Гарольдом! Он сам по себе, а я сам по себе! Мы даже и не родственники по крови!

— Именно поэтому ты адресовал ему свое последнее прости, — издевался Реддл.

— Да пошёл ты знаешь куда, змей слизеринский?

— Куда?

— В жопу!

Реддл откинулся на топчан с удовлетворённым видом.

— Ну, наконец-то заговорил по-человечески. Кстати, если ты заметил, то мы оба находимся в одной и той же дамблдоровой заднице. И никакая другая ни мне, ни тебе не грозит. Так что оставь свои суицидальные наклонности и будь готов.

— Когда быть готовым?

— Всегда!

— К чему быть готовым?

— Ко всему!

* * *

Как ни настраивал себя Сириус против Дамблдора, всё равно стоило лишь зайти разговорам о тайнах бывшего директора, и сразу появлялось стойкое ощущение происходящего предательства. И от этого чувства было не избавиться. Блэк начинал ёрзать, нервничать и говорить, глотая слова.

— Да что с тобой происходит? — не выдержал, наконец, Гарольд. — Ты всё ещё мне не веришь? Я тебе свой мозг нараспашку предъявил!

— Да нет, Гарри… то есть Гарольд. Не привыкну никак. Понимаешь, я сам чувствую, что со мной что-то не так. Но сделать с собой ничего не могу. Понимаешь?

— Ну-ка скажи: «Дамблдор козёл!»

— Дамбл… дор… коз-з-з… — словно подавившись воздухом, прошипел бедный Сириус.

— Погоди-ка, — руки Поттера прихватили его за виски, — только сиди тихо. Я быстро.

У Гарольда уже появилось вполне определённое подозрение. Он знал, каким сильным легилиментом был Дамблдор. К тому же поведение Сириуса так напомнило ему поведение других бывших соратников директора, что подозрение это быстро переросло в уверенность, и оставалось лишь подтвердить её небольшим ментальным исследованием.

Памятуя о своих не шибких успехах в этом деле, и чем это закончилось для Шаннах, Поттер дал себе слово быть предельно осторожным, чтобы ненароком не соорудить себе из Сириуса копию Джеймса Поттера или что-нибудь в этом роде.

Поэтому, проникнув в мозг крёстного, Гарольд не стал врываться в его воспоминания, а начал искать ментальный блок или что-то на него похожее. Медленно двигая ладонями по голове Сириуса, он, наконец, нащупал чужеродное тело. Или даже организм. Чем-то это напомнило излечение Люциуса Малфоя от чёрной метки Лорда. Только магических сил на этот раз потребовалось не в пример меньше. Этот мелкий вредитель был намного слабее того монстра, в которого превратилась метка. Хотя и он мог доставить своему носителю немало неприятностей.