alexz105 - Отражённый блеск

— Ну, вот и все. Больше ничего полезного я уже не узнаю.

Поттер отбросил мешок ногой и прошелся по комнате. Он ждал Реддла. Во всех переходах, дверях и нишах притаились охранные чары, следилки, оповещалки и прочая сигнальная дребедень. Гарольд поднял перчатку, брошенную Томом, и, не сумев найти его тайный путь в храм, хотя бы обезопасил себя от внезапного нашествия.

От дальних дверей донесся удар гонга. Потом тревожно свистнула следилка на балконе и басовито отозвалась лопнувшая струна охранных чар в переходе из смотровой башенки.

— Ладно! Вижу, меня здесь ждали, — недобро улыбнулся Реддл, появившись прямо посреди залы.

Обе палочки Гарольда уже смотрели на него.

— Это пустое! Твоя девчонка передает тебе привет, просит плюнуть на ее судьбу и не уступать злодею, — Том прошел и непринужденно рухнул в уже знакомое кресло, — но я прекрасно понимаю, что ты этого не сделаешь. Поэтому я снова здесь и меня не смутило даже то, что я обнаружен твоими чарами.

— Похвальная самоуверенность. Других сюрпризов ты не боишься?

— Ввиду полного отсутствия у меня друзей и родственников, если не считать тебя таковым, то мне совершенно нечего терять, мистер Герой. Получается, что бояться мне нечего, так как нечего терять, а обрести я могу весь мир!

— Прямо-таки весь?

— Ну за исключением того кусочка, который придется оставить тебе, Поттер.

— А когда ты успел записать меня в родственники?

— Ну, это, разумеется, натяжка. К славному роду Салазара Слизерина твой род и род Блэков никакого отношения не имеют, но ты имел честь носить мой хоркрукс, что позволяет приравнять тебя к дальнему бедному родственнику! Ха-ха!

Гарольд подвигал кожей на лбу. Язвительно-веселая модификация Темного Лорда сбивала его с толку, потому что вызывала невольную симпатию. Чем-то он напоминал ему близнецов… хм… если бы те отсидели в Азкабане лет двадцать.

— Боюсь тебя разочаровать, но у Салазара Слизерина не осталось кровной родни.

Добродушное выражение слетело с лица Реддла, как сухой лист в грозу.

— Что ты несешь?

— Это не я. Это Дамблдор.

— И ты ему поверил?

— Он представил доказательства.

— Бред!

Гарольд улыбнулся. Ненадолго же хватило благодушия у Реддла. А то прямо рубаха-парень, а не Темный Лорд.

— Ну что ты надумал? — покривившись, спросил Том. Он был разгневан, но вынуждал себя сдерживаться.

— Я решил выполнить твои условия. Мы принесем друг другу Непреложный обет, усиленный еще парой клятв и вместе поведем колонну выходцев из Британии в обратную дорогу.

— Ты даже не спрашиваешь меня, согласен ли я на это? — раздувая ноздри, прошипел Том. — Зачем мне твои лавочники и маглы?

— Ты же понимаешь, что мои уступки имеют определенный предел, который даже судьба Гермионы не заставит меня перейти!

Ответ Гарольда был не просто жестким. Он обрушил все надежды Тома на то, что он и дальше сможет манипулировать Поттером.

«Торг окончен, я принял твои условия, теперь принимай мои».

Поняв это, Реддл сморщился, но ничего не сказал. Правильно оценив его молчание, Гарольд вытащил из стопки исписанный пергамент и отлевитировал его новоявленному напарнику.

— Что это? Текст клятвы? — Том взял листок и погрузился в чтение.

— Хм. Растешь, родственничек. Почти все учел. Я бы добавил сюда еще строку насчет удушения дымом. И фраза о любом ментальном вреде нуждается в уточнении.

— Вот и займись. Тебе перо наколдовать?

Реддл лишь отмахнулся и принялся вносить дополнения в документ.

* * *

— Я не могу освободить тебя, Гермиона. Ты же слышала, что если я коснусь веревки — топор упадет тебе на голову.

Алия с притворно-расстроенным выражением лица, стояла перед ложем, на котором была привязана девушка. Большой острый топор парил в какой-то паре футов над ее горлом.

— Как вас угораздило привести к себе именно это чудовище? — с тихим бешенством спросила Гермиона.

За все время плена ей всего второй раз довелось разговаривать со старшей жрицей храма. Первая их беседа, мягко выражаясь, не получилась. Гермиона еще не осознала своего положения, и только кричала, требуя себя немедленно освободить. Сегодня, когда Реддл ушел, она повела себя более разумно. Нужно было понять роль Алии во всей этой истории.

— Ты еще молодая. Тебе не понять, — задумчиво улыбнулась старшая жрица, — он сильный мужчина. Твердый, жестокий, властный и, как выяснилось, ненасытный.

Гермиона с недоверием и отвращением глядела на почти счастливое лицо этой суровой женщины.