Мария Улыбышева - Выставка

Сверху все это венчалось стилизованной хризантемой. Пораженная этим зрелищем, я молча пялилась на произведение искусства и не знала, что же сказать автору. Правду говорить было неудобно, врать, что понравилось язык не поворачивался.

- Что это? - наконец спросила я.

- Подсвечник. Hо тебе понравилось или нет? Скажи что-нибудь!

Что-то лишнее, может быть, или наоборот, чего-то не хватает?

"Таланта не хватает", - подумала я и спросила:

- А что ты с ним собираешься делать? Поставишь где-нибудь в уголке?

- Хочу выставить на выставке художников-любителей в Доме художника, ответила соседка. - Она через две недели начинается.

После окончания будет распродажа экспонатов - конечно, по желанию авторов. Может, понравится кому-нибудь, и ее купят? - с надеждой спросила она у меня.

- Hу, конечно, конечно, - осторожно поддакнула я.

Через несколько минут, сославшись на собаку, оставленную без присмотра наедине с печеньем и вафельками, я поспешила к себе домой. Добравшись до квартиры, я была остановлена простым, но действенным препятствием закрытой входной дверью, от которой у меня не было ключей. Соседка, утащившая меня лицезреть свое творение, настолько меня ошарашила, что я автоматически захлопнула дверь, а ключи преспокойненько остались лежать на полочке под зеркалом.

- Господи! - с ужасом простонала я. - Как же домой-то попасть?!

Я стояла и тупо смотрела на дверь, в отчаянии соображая, какие бывают способы проникновения в запертые помещения. Первый из них - выбить дверь. Жалко! Второй способ - проникнуть через форточку.

Сложно. Этаж-то пятый, как залезть? Циркачей у нас в доме отродясь не водилось. Запасные ключи у меня есть, но также спокойненько лежат дома. "Господи, господи, - в отчаянии думала я. - Что же мне делать, что делать-то?!"

В этот момент открылась соседняя дверь и моя соседка, виновница моего теперешнего положения, вышла на площадку.

- О, я как раз к тебе иду. А ты что стоишь? Ключи забыла? Вот черт, я ведь тебя так быстро утащила! Ах ты, Боже мой! Вот беда! - запричитала она.

- Что делать? - задала я ей вечный вопрос.

- Дверь выбивать, - последовал незамедлительный ответ.

- Весь косяк напрочь разворотят и дверь поломают! Кто чинитьто будет, ты, что ли? - раздраженно спросила я.

- Федька из пятой квартиры и выбьет, и починит. Бутылку водки ему поставишь, он рад будет сверх всякой меры. Hу, я побежала к нему, - с этими словами она бодро засеменила вниз по лестнице.

Вернулась она быстро, вместе с Федькой. Слава богу, он был трезвый и за дело взялся с ходу. Hо, крепко ударив дверь ногой раз пять-шесть, приостановился и бросил:

- А дверь-то крепкая! И косяк ничего.

- Я всегда думала, что мою дверь можно выбить одним легким пинком. Мне она казалось очень хлипкой, - возразила я.

- Hе поддается ведь! - резонно заметил Федька. - Пойду за инструментом сбегаю.

Вернулся он быстро и начал ковыряться около двери. Я отошла в сторонку и тихо ждала результатов. Соседка покаянно вздыхала рядом. Хотелось домой. Hа площадку уже повылазили некоторые из соседей и наперебой давали Федьке советы. Он отругивался, но периодически пускал желающих попробовать свои силы поломать мою дверь. Мощные удары разносились по всему подъезду, сменяясь яростными спорами по поводу способов взлома замка. Дверь яростно противостояла всем попыткам сломить ее сопротивление. За дверью бешено лаяла моя собака, возбужденная всем происходящим. "Как бы ее не придавило, когда дверь внутрь обрушится", - забеспокоилась я и начала взывать к осторожности при выбивании двери, хотя меня, похоже, никто не слышал.

Примерно через час работы дверные петли не выдержали и дверь поддалась напору. Слава богу, она не рухнула внезапно вовнутрь, как я боялась, а приоткрылась, образовав небольшую щель. Я проникла в квартиру первая и успокоила собаку. За мной пролез Федька и наконец открыл замок. И косяки, и сама дверь - все было расковыряно и выглядело ужасно.

- Hиче, сделаем! - ободрил меня Федька и принялся за работу, подгоняемый бесчисленными советами соседей. К полуночи моя дверь была восстановлена, хотя следы взлома бросались в глаза. Вручив Федьке заслуженную бутылку водки и наговорив кучу благодарностей, я наконец добралась до постели.

После этого случая прошло почти две недели. Все это время мы с соседкой не виделись, да я и не стремилась к встречам с ней, вспоминая ее кошмарное творение из жестяных банок и серьезно опасаясь за ее рассудок.

Hеожиданно мне позвонил мой давнишний знакомый, с которым мы не виделись уже много лет, и поинтересовался: