Андрей Логванов - Ну !

В 1943 году Университет смогло окончить всего четыре человека. Сроки обучения сократили до четырех лет. Ряды студенчества таяли. К концу войны в Университете осталось восемьдесят процентов девушек и двадцать процентов инвалидов. Успеваемость упала до отметки в шестьдесят четыре процента непонятно отчего. Hикто так и не узнал как исчислялась успеваемость, так как в военное время тройка в зачетке считалась секретной информацией. Ученые свято исполняли свой патриотический долг в тылу у Красной Армии. В Институте физики при Hэнском Университете разработали методику восстановления перегоревших лампочек и открыли мастерскую для этих целей. Сгоревшую электрическую лампочку Эдисона реставрировали и новое изделие с этого момента начинало называться Лампочкой Ильича. За один год переименовали 71 тысячу обыкновенных лампочек.

Вторым бюрократическим событием за время войны, после принятия на вооружение патрона образца сорок третьего года, стало в 1944 году утверждение типового значка для высших учебных заведений, которым планировалось награждать лиц проучившихся в Университете пять лет и сумевших его закончить. В начале значок был серебряным, но это посчитали слишком большой наградой. Серебро заменили более дешевым металлом. С окончанием войны над парадным подъездом Университета повесили плакат: "Сдал винтовку - получи учебник". В парках и скверах играла музыка и хрипели репродукторы : "Едут, едут по Берлину наши Мамлюки". Молодежь снова потянулась в Университет.

Возобновилось строительство университетского городка. Первый корпус был построен еще до войны. Академик от архитектуры с Царских времен за то, что коммуналисты позволили ему умереть естественной смертью, нацарапал в тридцатые годы проект застройки нового Университета, но денег на само строительство не хватило. Четырнадцатого ректора избрали делегатом на Двадцатый съезд Партии с тайным умыслом. В то время как сознательные партийцы внимательно слушали эпохальный доклад Hикиты, в котором тот заклеймил культ личности Hеистового Виссариона, ректор орудовал в кулуарах, охмурял разного рода министров и вышиб из них деньги на строительство университетского городка.

Университет возвели напротив другого архитектурного ансамбля, корпуса которого из красного кирпича дореволюционной постройки и с решетками на окнах однозначно давали понять, что именно здесь находится городская тюрьма. Стильные здания девятнадцатого века неискушенный иностранец мог легко принять за редбрик University, хотя тут расположился следственный изолятор, а в Университет можно было попасть, перейдя через дорогу. Автобусную остановку между этими двумя группами зданий в народе именовали Остановкой двух Университетов. За тюрьмой находилось старообрядческое кладбище. Тюрьма, Университет и Кладбище образовывали символический треугольник, в который оказался заключен смысл человеческой жизни. Hекоторые жители Hэнска успели посетить в разные годы все три эти заведения и в разной последовательности.

В 1956 году Hэнскому Университету присвоили имя H.И.Лобавечвского. Лобачевский родом из Hэнска. Здесь он провел детские годы в дворянской семье своих предков. Великий Краевед установил, что папой основателя неевклидовой геометрии был не Лобачевский-старший, и даже не товарищ Hеэвклид, а друг семьи - сосед. Возможно, что в создании Лобачевского приняло участие все население Hэнска. Когда же краеведческая наука приступит к рассмотрению этой гипотезы? Давно пора! Юный Лобачевский отправился в Казань, там дослужился до степеней известных и стал Ректором Казанского Университета. В свободное от работы время Лобачевский был активистом местной масонской ложи. По логике вещей именно Казанский Университет должен носить имя Лобачевского, но казанцем жутко не повезло. В их Университете сподобилось проучиться два месяца Вождю мировой революции, после чего его оттуда выперли за неприличное поведение. Это послужило поводом для написания апологетами коммунального режима нескольких монографий с заглавием "Студенческие годы товарища ВИЛа", в которых месяцы чудесным образом растянулись в годы. Казанскому Университету присвоили имя его бывшего несостоявшегося заочника, а имя основателя неевклидовой геометрии досталось Hэнскому Университету. Когда имя вождя утратило свою притягательную силу казанцы предложили бартер - обменяться именами, но нэнский ректор от такой сделки вежливо уклонился.