Сергей Дрей - Караван мертвеца

Каждое чудовище заслуживало расправы, но долина была создана именно для того, чтобы они как можно дольше мучились за свои преступления, ведь быстрая смерть была бы для них безболезненна и слишком проста.

Сегодня все эти ночные кошмары устремились к выходу, предвкушая славную бойню.

Хорёк с Жабой стояли в стороне и наблюдали, как толпа, объединяясь, движется на штурм.

– Пошли отсюда, тут сейчас начнётся нечто мерзкое!

– Согласен. Главное мы сделали. Переходим к следующему пункту плана.

Они незаметно скрылись в лабиринте тюремных коридоров.

Помещение опустело, но одна дверь так и осталось закрытой. Кто-то отодвинул засов, но пленник так и не вышел наружу. В каземате находился старик Карл. Пока остальные бесновались, он просто сидел, хмуро уставившись в пол. Когда первая волна безумия поутихла, Карл, сжав кулак, с недоверием посмотрел на дверной проем.

«Значит, время всё-таки пришло», – и, выпрямившись во весь рост, он сделал шаг навстречу заветной воле.

Хаос ворвался в тюремные блоки, смерть упивалась безумством агонии и яростью ночного противостояния. В то время как охрана пыталась прорваться сквозь засаду глубже в западное крыло, на южной стороне началась бойня. Взрыв привёл всех в смятение. Показавшиеся из тьмы худшие ночные кошмары вселили в большинство охранников непредвиденную панику. Отступать было некуда, резервы подтягивались, но складывалось ощущение, что ничто не могло остановить надвигающуюся стену. Началась стрельба. Пули не успевали за тенями, ловко скользящими в убийственном танце. Одного за другим подкашивала судьба своим серпом. На смену убитым врагам появлялись новые. Оборона не успевала перезаряжать ружья, напор увеличивался. Несколько групп столкнулись в рукопашной схватке. Призрак раздобыл лезвие и мелькал среди толпы, оставляя кровавый след. Бэн Кувалда выносил противника, одним ударом ломая шеи и головы. Мистер Сноу обзавелся оружием и палил по сторонам. Его не особо волновало, в кого целиться. Акула Симон был по пояс перепачкан в чужой крови. Несколько новобранцев, подоспевших с северного блока, опускали руки после шокирующего зрелища и теряли волю. Их или настигала вражеская пуля, или некто намного хуже набрасывался на свою жертву. Бывалые бойцы стойко держались, но численность нападающих стала превышать охрану.

Началось медленное отступление и укрепление позиций на выходе. Страх сковывал тело, но в то же время помогал принимать важные и быстрые решения. Один из старших бойцов прикатил бочку керосина и выбил из неё пробку. Огородив команду кольцом горючего, он поджег жидкость. Огненная стена на несколько минут остановила беглецов и предоставила солдатам короткую передышку. Но то было лишь мгновение – как только пламя успокоилось, заключённые, как насекомые, возобновили своё нашествие. Отстреливаться стало чуть проще, некоторые зэки безумно неслись на рожон и сразу ловили пулю. Ряды нападающих стали редеть. Каменные стены впитали слишком много чужой крови. Бездыханные тела заполнили помещение.

Собрав оставшиеся оружие, более адекватные преступники решили отступить и начали вести прицельный огонь из укрытий. Остальные скрылись в туннелях. Охранники почувствовали, что им по силам отбить атаку, но вдруг позади них раздались возбужденные возгласы:

– Они прорвались! Брешь в западном крыле!

После этих слов лица солдат потемнели. Казалось, что эта ночь никогда не закончится…

Смит потерял Стоуна из виду. Их отряду удалось отбить подготовленную засаду, но на пути их ждала ещё одна проблема. Преступники успели занять оборонительную позицию по другую сторону кольцевой, блокируя любые попытки прорваться. Они тянули время по приказу Жабы, не позволяя охране сделать ни шагу сквозь обстрел. Солдаты было приняли решение возвращаться к главному входу, но и там поджидали неприятности. Сняв с петель широкие и крепкие деревянные двери камер, беглецы воспользовались ими как щитами. Такая защита как нельзя лучше подходила для узких коридоров. Словно легионеры, они наступали плотным строем. Несколько человек держали двери, другие отстреливались из-за укрытия. Снаряды иногда пробивали брешь, но на место раненых вставали другие, и колонна продолжала свой марш. Таким образом преступникам удалось оттеснить охрану к входу, заняв удобные позиции на периферии.

После того как среди выстрелов и криков раздался звук взрыва, стало ясно, что это только начало восстания. Подкрепление стекалось со всей тюрьмы, но количество беглецов перевешивало в значительную сторону. У них появлялось всё больше оружия, подобранного в ходе сражения. В конце концов блокпост не выдержал натиска, и ворота открылись.