Макс Брэнд - Укротитель диких

Но времени для раздумий было не много. Вороной конь прибавил шаг. Теперь он мчался с такой скоростью, какую ни одно существо на четырех ногах не развивало ни в прериях, ни в горах. Перелетев через забор, конь сделал вираж у самой стены сарая, когда уже казалось, что целью Рори было пролететь прямо сквозь нее!

В последний момент лошадь резко рванула в сторону. Не было сделано ни одного выстрела, а всадник, вдруг выпрямившись в седле, мотнул бомбу прямо в ближайшее открытое окно и понесся к углу забора, тому самому углу, где стоял с ружьем остолбеневший апач.

Капитан Берн спокойно прицелился в него и, как только тот вскинул ружье, готовый выстрелить, внутри сарая раздались тревожные крики индейцев, спустил курок. Апач выстрелил в воздух, потом, дернувшись, упал на землю в поисках укрытия.

А тем временем жеребец во второй раз перелетел через забор. Он еще был в воздухе, когда взорвалась бомба.

Все это произошло стремительно, в течение коротких двадцати секунд!

От взрыва бомбы не было сильного грохота. Оболочка, где находился порох, мастерилась капитаном в спешке, и поэтому звук взрыва походил на хлопок, который получается, если по бумажному мешку, заполненному воздухом, хлопнуть ладонью.

Но сила взрыва оказалась достаточной, чтобы задрожали стены сарая и струи черного дыма повалили из окон и дверей. За ними появились алые языки пламени, отчетливо видимые внутри темного здания.

Бомба взорвалась не очень громко, но зато крики пораженных и разозленных индейцев, казалось, могли расколоть небеса.

Рори уже несколько секунд уносился прочь, когда они начали стрелять ему вслед, и каждая секунда значила очень много при таком освещении. Жеребец мчался изо всех сил. Позади грохотала стрельба, а он бросился туда, где чувствовал безопасность. Индейцы неистово орали от злости, раздражения и отчаяния. Рори поднялся на стременах и помахал своим друзьям в доме Уэйра.

Дорога обратно в дом была, очевидно, отрезана. Во-первых, на пути его ждало слишком много ружей, и во-вторых, по всей окрестности вокруг сарая рыскали индейские всадники, в надежде поймать его.

Поэтому Рори решил скакать в сторону и после нескольких сотен ярдов с удовлетворением заметил, что преследователи отстали, – вероятно, потому, что были уверены в превосходстве вороного коня. Но, может быть, они решили вернуться и посмотреть, какое несчастье он послал на них.

Рори тоже натянул поводья и с вершины высокого холма оглянулся назад, на долину, в сторону дома Уэйра.

Сейчас из всех окон сарая вырывались языки пламени. Рори видел, как сломанная балка на крыше, как красная рука, указывала в небо. Зажигательная бомба сработала прекрасно.

Но это было не все. Здание должно было гореть долго, почти всю ночь, а яркая иллюминация освещать осажденных. Самые отчаянные из апачей не осмелятся броситься на защитников дома при таком свете, заливающем всю округу. А когда пламя утихнет, уже взойдет луна.

Довольный собой, Рори Мичел начал тихонько насвистывать. Стоя на холме, он подождал, пока не рухнул ближайший к нему угол сарая.

Как будто открыли дверцу камина, за которой полыхало море огня, и алый столб рванулся в небо. Но никого из апачей не было видно рядом. Они спрятались на безопасном расстоянии, откуда ветер доносил их крики, похожие на вой разозленных дьяволов.

Если апачи и раньше мечтали снять скальп с Рори, то какой же должна была стать эта страсть сейчас?

Даже если Рори и мог вернуться в дом, чтобы присоединиться к защитникам, вряд ли это стоило делать. К этому времени Уэйр и два его компаньона, вероятнее всего, уже находились в долине, и было необходимо как можно раньше предупредить их. Возможно, апачи, тоже зная о приближающемся фургоне с деньгами, собирались устроить засаду и перехватить его.

Поэтому Рори двигался медленно, пустив жеребца легким галопом, и внимательно вглядываясь в тени.

Поднялся ветер. Казалось, что он начался из-за горящего сарая. Оглянувшись назад, Рори увидел, как сильно колеблется пламя. Он не знал, проклинать или благословлять начинающуюся бурю. Она, конечно, приглушит звуки, которые он мог бы услышать, но точно так же приглушит и шум, создаваемый им самим, если к нему прислушиваются вражеские уши.

Сейчас Рори приближался к устью долины, где она расширялась и поверхность земли походила на цепь слегка вздымающихся волн. Иногда на их гребнях на фоне звездного неба вырастали небольшие рощицы дубов и кактусов, и каждая могла стать укрытием для банды диких апачей. Они умели прятаться там, где, казалось, не хватало бы места свернуться даже койоту.