Луис Ламур - Кэтлоу

— Есть тут одна девушка, Бен. Не думаю, что она согласится ждать… точнее, между нами не было еще ничего такого, чтобы заставило ее согласиться на ожидание. — Внезапно он ухмыльнулся. — Будь все проклято! Бен, ты почти заставил меня проболтаться! Я чуть было не забыл о своем предложении. — Он заказал кофе, а затем спросил: — Ну, так как насчет этого?

— Чего этого?

— Поскачешь со мной на это дельце? — Кэтлоу придвинулся ближе. — Дьявольщина, оно даже в другой стране!

— Я не намерен нарушать ничьих законов, Биджа. Ты же знаешь меня. Их законы заслуживают не меньшего уважения, чем наши. Закон есть закон, он обязателен для своих и чужих.

— О-о-у, — тоскливо взвыл Кэтлоу, — ты и впрямь спятил! — Он уныло уставился на свой кофе. — В общем-то я и не думал, что ты согласишься, но, будь все проклято, Бен, хочу, чтобы мы оказались по одну сторону.

— И я хочу того же.

Биджа оторвал глаза от чашки — в них плясали дьявольские огоньки.

— Кто-то должен убить тебя, Бен. Боюсь, как бы не я.

— Надеюсь, даже никогда не попытаешься. Ты славный мужик, Биджа, но я все равно тебя побью.

— А ты тупоголовый старый волк с разбитым носом! — воскликнул Кэтлоу. — И внезапно повеселел. — Что, приперся сюда за мной?

— Как бы я мог? Никто не знает, где ты. Мне даже жаль, что я наткнулся на тебя. Теперь придется арестовать.

— С твоей головушкой больше одного следа за раз не разглядеть. — Биджа засмеялся. — Бен, черт тебя побери, хочу, чтобы ты встретился с моей девушкой. Она живет здесь, в Тусоне.

— Что ж, я бы тоже этого хотел.

Биджа вытер рот тыльной стороной ладони и стряхнул крошки.

— Она ничего не подозревает, Бен. Думает, что я ранчеро. Ну я и стану им после этого дельца.

Бен внезапно почувствовал себя усталым. Он жевал чисто механически, пока Биджа сидел напротив. Кэтлоу был тем самым человеком, которого ему меньше всего хотелось видеть, а еще меньше — согласиться на его предложение. Все-таки странно, он чувствовал, что Биджа ожидал от него отказа и зауважал его за это.

И разумеется, вряд ли был смысл увещевать Кэтлоу. Бен сделал такую попытку, заранее зная, что она обречена на провал. Этот здоровенный ирландец чертовски упрям. Бен взглянул на него через стол, внезапно осознав, что всегда знал — в один прекрасный день между ними все будет кончено. Они всегда уважали друг друга, но постоянно оказывались на разных полюсах.

Что затевает Кэтлоу? Проговорился — его новое дельце за пределами страны. Скорее всего в Мексике. Будто и без этого мало трений между двумя странами! Но Кэтлоу всегда ладил с мексиканцами — он любит их, а они — его. Впрочем, не важно, что бы там Биджа ни затеял, он, Бен Кауэн, должен его остановить. И самый простейший путь — упечь его в тюрьму.

— Ты сказал, у тебя под столом пушка? Что-то мне не верится.

— Не вздумай убедиться в этом, — хмыкнул Биджа. — Она была в голенище сапога, а сейчас у меня на коленях, держу на ней руку. Хотя не дам тебе ни малейшего шанса — уж больно хорошо ты стреляешь.

— Ладно! Поверю тебе на слово, Биджа. Но лучше отдай пушку мне до того, как я тебя арестую. Сделай это сейчас, пока не зашел так далеко, что хода назад уже не будет.

Кэтлоу внезапно стал серьезным.

— Даже не мечтай, Бен. Это дельце, которое у меня наклевывается… Словом, мне никогда такого шанса больше не представится, впрочем, как и тебе. Ладно, к дьяволу все это! Бен, просто нет человека, на которого я мог бы положиться, когда все мосты будут сожжены.

Есть двое, которые будут стоять до конца. Старик Мерридью, например. С ним можно в огонь и воду, но у него нет той смекалки, которая необходима. Мне нужен тот, кто способен мгновенно отреагировать на изменение обстановки, может подстраховать меня, а то и заменить. Вот ты — это то, что надо!

Девушка-мексиканка вновь наполнила их чашки. Бен окинул взглядом комнату. Она почти опустела, те, кто остался, сидели достаточно далеко, чтобы слышать их разговор, а если и слышали, то вряд ли поняли, о чем идет речь.

Про себя он мрачно отметил, что нет никакой возможности отвратить Биджу от задуманного, что бы он там ни задумал. Разве только — тюрьма! Но Кэтлоу слишком сообразителен, даже чересчур, чтобы вот так за здорово живешь дать упечь себя за решетку.

Для схватки с пальбой из револьверов время не самое подходящее. Этого ему меньше всего хотелось. Во-первых, он любил Биджу и не имел ни малейшего желания пристрелить его, а во-вторых, это получится, как было у Хикока с Хардином, — никто из них не хотел вступить с другим в поединок из-за того, что если кто-то и выйдет победителем, то и сам при этом недолго протянет. Бен был уверен, что стреляет лучше, чем Биджа, но на самую малость. Это могло бы сыграть какую-то роль, однако не окончательную, потому что Биджа был ловок и изобретателен. Можно всадить в него свинец, но и он убьет за это. Так и умрет, продолжая стрелять.