Луис Ламур - Расхитители прииска

А эта девчонка у доктора Клэгга, кто она такая?

Подавленный страх породил раздражение. Только не суетиться. Сначала найти Шевлина, разузнать, что тот выяснил и согласен ли иметь с ним дело. Бен зло выругался, вспомнив об отказе Майка явиться на встречу с ним. Идея обратиться к Шевлину стала ему невыносима. Но он подавил раздражение. Ведь ему так и не удалось найти больше никого, кто мог бы в сохранности доставить золото по назначению.

У него возникло неприятное ощущение, что события выходят из-под контроля, хотя кроме злополучного убийства Евы Бэнкрофт ничего непоправимого, казалось бы, не произошло.

Рэй Холлистер выбыл из игры… с ним покончено. Стоуву следовало бы радоваться, но Рэй всегда являлся центром концентрации его врагов. И, пока находился поблизости, Бен всегда знал, где искать скотоводов.

Направляясь в конюшню, Стоув шел по улице непринужденным легким шагом.

Он хотел, чтобы каждый встречный запомнил: вот человек после обеда собирается на небольшую конную прогулку, совсем обычную прогулку, как вчера и несколько месяцев назад. А то, что еще до захода солнца он намерен завоевать союзника или уничтожить врага, никому не должно прийти в голову.

Бразоса в конюшне не оказалось. Бен, уже привыкший к сервису, не любил сам себе седлать лошадь. Тем не менее с раздражением это сделал и отправился в путь. Куда подевался чертов конюх?

А Бразос сидел на кухне в доме у доктора Клэгга, на коленях у него покоился дробовик, а рядом лежал винчестер сорок четвертого калибра. Клэгг нанял Бразоса в качестве телохранителя для Лайны Теннисон.

В клинике доктора на консилиум собралось несколько пациентов. Присутствовали Билли Таунсенд, владелец салуна «Голубой Рог», Джеймс Мартин Филд, редактор и издатель «Вестника Рафтера», Том Хейс, управляющий универсальным магазином, и другие, тщательно подобранные люди.

Клэгг обратился к ним с речью:

— Не будем терять времени в спорах о прошлом. Давайте определим, какие возможности у нас остаются на будущее. Если у кого-то из вас есть сомнения относительно цели нашей встречи, она такова: обсудить положение дел в Рафтере на данный момент.

Молодая женщина, хорошо известная и всеми уважаемая хозяйка ранчо, убита на улице города. Гиб Джентри, местный предприниматель, застрелен недалеко на пути к каньону. Киллер, неизвестно для каких целей сюда вызванный, найден мертвым в ближайших холмах. Все убийства совершены за последние несколько дней. — Хейс беспокойно заерзал на стуле, у него на лбу каплями выступил пот. — У нашего городского шерифа прекрасная репутация, — продолжал доктор Клэгг, — но он предпочитает действовать в соответствии с тем, что приемлют жители города, и в пределах этого поддерживать мир. Такова обычная практика в большинстве западных городов. Остается только определить, достаточна ли такая практика в наших условиях.

Хлопнула входная дверь клиники, потом распахнулась внутренняя, и на пороге появилась Лайна Теннисон.

— Руперт, — обратилась она взволнованно к оратору, — полагаю, ваша встреча касается и меня. Я тоже хочу присутствовать.

— Присаживайтесь, Лайна, — согласился Клэгг. — Это я просил Дотти рассказать вам, что происходит.

Том Хейс вскочил было, потом снова уселся.

— Послушайте, док, — запротестовал он. — Я не уверен, что мое место здесь. У меня нет желания во что-то вмешиваться. Все и так складывается неплохо, и…

— Придержи лошадей, Том, — спокойно остановил его Билли Таунсенд. — Просто сиди и слушай, что говорит док. Сдается мне, он человек дельный.

Хейс нервно оглянулся вокруг.

— А она здесь на что? — заворчал он. — Что девчонке тут делать?

Лайна невозмутимо повернулась к нему.

— Моя заинтересованность в этом деле неоспорима. Я владею обоими рудниками.

Взгляды всех присутствующих устремились к ней, она слегка покраснела и вздернула подбородок.

— Это так, джентльмены, — подтвердил Клэгг. — И у мисс Теннисон есть еще одна причина. Она племянница Элая Паттерсона, с убийства которого все и началось.

Хейс напрягся при слове «убийство», но быстро овладел собой.

— Мы собрались, чтобы принять решение, — продолжал Клэгг. — Согласны ли мы и дальше жить за счет грабежа и убийств, растить наших детей в атмосфере потакания преступлению, в которое с каждым днем погружаемся все глубже и глубже, или мы хотим порвать с прошлым и призвать наш город к порядку?

Билли Таунсенд положил ногу на ногу и произнес: