Луис Ламур - Расхитители прииска

Скотоводство было его призванием, ему он посвятил большую часть жизни. Кроме проблем, связанных со скотом, ничто не казалось ему достаточно важным. Его постоянно волновали пастбища, источники воды, ядовитые сорняки и количество говядины, которое можно нарастить на скелет теленка.

С рассвета до заката, а иногда и позже, он существовал, двигался, дышал ради скота. Если Бэб о чем и мечтал, то только о том, чтобы травы стали сочнее, вода чище, а дорога до рынка короче. Он никогда не думал о Холлистере иначе, чем о хозяине, предоставившем ему полную свободу в деле, которое он, Бэбкок, знал превосходно. Но теперь у него появилась неприятная мысль о том, что Холлистер действительно мог быть соучастником Бена Стоува.

Приезд Джесса Винклера прервал его размышления. Бэбкок питал к волчатнику некоторое уважение, но никогда не любил его, потому что, как это часто бывает, ремесло охотника привнесло в его характер черты, свойственные его добыче. Винклер не мог запросто подойти ни к чужому лагерю, ни к дому, ни к человеку, ни к идее. Сначала осторожно побродит вокруг, понюхает, так сказать, со всех сторон. Этот человек с подозрительностью ставил силки, потому что сам опасался ловушек.

Винклер, крепкий, суровый старик, чья винтовка была продолжением его тела, испытывал привязанность к Еве Бэнкрофт, хотя и считал ее слишком изнеженной простушкой. Он не доверял ни Холлистеру, ни Бэбкоку и вообще никому из тех, с кем имел дело в настоящее время. Ему и в голову не приходило, что с гибелью Евы его участие в борьбе Холлистера и других становилось бессмысленным. Идея завладеть золотом старательской команды придавала смысл его существованию, по крайней мере, на некоторый срок.

Через два дня прибыли Хэллорэн и Джон Сэнд и, как обещал Бэбкок, приняли предложение. Винклеру поручили поехать в город и разведать обстановку. Остальные после непродолжительных споров выбрали местом встречи Болдер-Спринг — недалеко от Рафтера и все же в стороне от дорог, а травы и воды там предостаточно.

В каньоне, где располагался участок Перри, стояла привычная тишина. Но самого Перри не оказалось ни в хижине, ни в забое, как и следов его присутствия здесь хотя бы в течение последних нескольких часов. Майк заглянул в штольню и убедился, что работа там не продвинулась ни на йоту. Неожиданно он почувствовал беспокойство и вернулся к хижине. Каньон замер, тишина стала абсолютной… почти нереальной.

Сидя на скамейке возле дверей дома, Майк вычистил и смазал маслом винчестер, потом револьверы, все время держа наготове какое-нибудь заряженное оружие. Мысленно он перебрал все, что помнил о Берте Перри, и обнаружил, что знает не много.

Где пропадал Берт, покидая участок? Этот вопрос все время сидел у него в подсознании, и теперь Майк впервые приступил к его исследованию.

Он определенно не ездил в город, хотя и уезжал в том направлении.

Берт проявил безучастность к проблемам жителей Рафтера, к золоту и расхитительству. Хотя один факт крепко запомнился Шевлину. Первый раз, когда он увидел Перри в кафе, тот вел беседу с Мерриэмом Клэггом.

Само по себе это могло ничего и не значить. Перри казался человеком образованным, прибывшим с Востока, и мог иметь что-то общее с Мерриэмом.

Шевлин окинул взглядом каньон, его взор остановился на куче пустой породы возле входа в старый тоннель — разведочная штольня, как говорил Перри.

Ему на ум пришло замечание Хойта о том, что высокосортная руда залегает между двумя рудниками и что при малейшей угрозе разоблачения ведущие туда штреки взорвут. Надо найти и обезвредить взрывчатку, но сначала он должен отыскать тайник с золотом.

Что-то не давало покоя Майку, и он снова зашел в штольню Перри, решив поработать отбойником. Осмотрел стены и впервые заметил, что порода не имеет никаких признаков руды, никаких следов кварца, вообще ничего, только голые камни.

Выйдя наружу, он отошел на край ступенчатой выемки, осмотрел склон над штольней и не нашел ни выхода пласта, ни признаков работы. Но Перри утверждал, что видел обнажение рудного пласта где-то на склоне.

А что, если никакой руды нет? Если и работа, и сам участок всего лишь обман, прикрытие, созданное для отвода глаз от какой-то другой работы? Что это значит? Какое-либо расследование? Возможно. Или… Перри поставлен здесь, чтобы за чем-то присматривать? Предположим, во время своих таинственных отлучек он что-то сторожит.

Майк сел на скамейку и зажег сигару. Предположим… просто для полноты картины, что он сторожит само золото. Тогда интересно знать, чье золото он охраняет — общее или кого-нибудь из главарей?